Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №6, страница 155 – Сергей Изуграфов

— Конечно, сладкий! Как же иначе? Я обещала тебе, что дождусь, – повела она плечами и ласково улыбнулась юноше. – Я всегда выполняю обещания и любое дело довожу до конца. Хорошо. Отвечаю по пунктам: Танис^[28] Это мое имя. Мое настоящее имя. Его почти никто не знает, но тебе сейчас можно. Мне это уже никак не повредит. Зачем? Деньги. Очень большие деньги! Что теперь будет с тобой? – Девушка снова улыбнулась, на этот раз безжизненно, одними губами. Глаза за стеклами больших, в половину лица, очков застыли и, казалось, ничего не выражали. – Увы, ничего хорошего. Тебе не повезло: ты слишком много знаешь! – Тут она резко вскинула отведенную за спину руку, в которой тускло сверкнул пистолет с глушителем. – Мне жаль, сладкий. Прощай!

Павлос от неожиданности и усталости после изнурительного марш-броска еще даже не успел толком сообразить, что происходит, как ствол дважды дернулся, плюнув раскаленным металлом. Выстрелы были похожи на громкие металлические щелчки, но шум прибоя тут же поглотил их, как и глухой звук упавшего на мокрый песок тела. Еще один щелчок, и брюнетка уже бежала к лодке. Затарахтел мотор, лодка, разворачиваясь, заложила небольшой вираж и направилась к стоявшей в отдалении парусной яхте.

– Всем существам знаком страх.

– Даже самым страшным?

– А самым страшным тем более.

Из к/ф «Бэтмен: Начало»

Случаются в жизни происшествия, когда человеческая память, против обычного, бережно сохраняет все, вплоть до нюансов и мельчайших деталей, а с ними – и яркость красок, и эмоциональный накал, словно все случилось только вчера. Такие события крайне редки. Но их важность и влияние на людские судьбы порой так высоки, что участники, вольные или невольные, не только помнят их прекрасно, но и часто обращаются к ним мысленно, раз за разом заново переживая случившееся.

Так и жители Наксоса, стоило кому-то из них после описываемых событий хотя бы словом обмолвиться по поводу «тех трех дней в ноябре», будь то на вечерних посиделках в таверне или за семейным столом, в частном разговоре или на праздничном собрании, – как тут же все присутствующие прекрасно понимали, о чем идет речь. Разговор на мгновение смолкал, возникала небольшая пауза, во время которой собеседники многозначительно переглядывались с затаенной гордостью и плохо скрываемым торжеством, и лишь затем прерванная беседа продолжалась снова.

Воскресенье, 1 ноября. 22: 53. Смолев

Поздним вечером первого ноября, проводив Манна, улетевшего в Афины, и расставшись на время со старшим инспектором, умчавшимся на встречу со своими коллегами с Миконоса, Смолев наконец добрался до фермы Димитроса Аманатидиса.

Сразу за поворотом с шоссе на дорогу, ведущую на ферму, рабочие еще полгода назад обустроили просторную стоянку, где Димитрос намеревался держать арендованную сельскохозяйственную технику.

На площадке в двести квадратных метров выровняли почву, насыпали и плотно утрамбовали гравий, смонтировали невысокую металлическую ограду. Теперь же эта площадка была полностью заставлена легковыми машинами в три ряда. Автомобили стояли вплотную и вдоль дороги, ведущей к дому.

Ночь уже опустилась на долину, в воздухе разлилась осенняя свежесть, и чтобы согреться, фермеры развели по обочинам костры.

Смолев медленно ехал вдоль бесконечной вереницы припаркованных авто. Блики яркого пламени отражались в многочисленных фарах и стеклах, и казалось, что костров вдвое, а то и втрое больше, чем на самом деле.