Книга Цена (не) её отражения, страница 125 – Тория Кардело

«Наверное, реальна».

Сжимая «ключ» в руках, она подошла к краю моста, где кто-то выломал перила. Внизу, на приличном расстоянии, темнела река. Холодное и мрачное осеннее течение уносило опавшие листья, будто сама природа избавлялась от всего лишнего.

Аля посмотрела вниз, и её накрыла волна головокружения.

Высоко. Страшно.

«Но разве не страшнее возвращаться в мир, где тебя ненавидят? Где над тобой смеются? Где ты — никто?»

Перед глазами внезапно возник образ Полины. Её мертвенно бледное лицо, словно вылепленное из воска. Губы шевелятся, произнося одно слово: «Помни».

Воспоминание было таким ярким, таким реальным, что Аля покачнулась, ощущая, как земля уходит из-под ног.

— Это просто переход, — лихорадочно прошептала она, сжимая в руке шарф. — Просто дверь. Нужно только открыть её.

Она представила, что там, внизу, её ждут тёплые руки Ноктюрна. Что ледяной ветер — это морской бриз Ткани Снов.

Она зажмурилась, пытаясь сопоставить волшебную картинку с серой реальностью, но тело не давало ей обмануться. Её пальцы побелели, вцепившись в ржавую арматуру. Ноги стали ватными.

Древний, животный инстинкт самосохранения кричал:

«Отойди! Ты разобьёшься! Это не сон, здесь нет перезагрузки!»

— Я не хочу умирать, — всхлипнула она, и ветер унес эти слова. — Я просто хочу… туда.

— Эй, психичка! — голос Дениса врезался в сознание, как нож в мягкое тесто.

Аля вздрогнула, и мир вокруг резко вернулся в фокус — потрескавшийся асфальт под ногами, ржавые перила, вонь речной воды. Она уронила шарф и машинально сжала в руках картину, углы холста впились в ладони.

Коля подошёл так близко, что Аля почувствовала его дыхание, пахнущее чипсами и дешёвой газировкой.

— Смотри-ка, она себя нарисовала! — он выхватил картину. — Только тут она не такая жирная!

Холст замерцал в его руках — идеальная Аля с полотна презрительно улыбнулась обидчику.

— Дай посмотреть! — Денис потянулся, но Коля отпрыгнул, задев плечом Алин рюкзак. Он упал на асфальт с глухим шлепком, и оттуда выплеснулось содержимое.

Они пинали и перебрасывали рюкзак друг другу, не давая Але его поймать. Их смех отражался от поверхности реки, усиливаясь, превращаясь в целый хор издевательских голосов.

— Фу, как скучно, одни учебники, — разочарованно протянул Коля. — Я-то думал, у психопатки будет что-то интересное.

— Зато смотри, какой экстрим! — Денис указал на Алю, стоящую у края моста. — Она что, прыгать собралась? Псих, конечно, но кто о ней пожалеет?

— Никто, — хохотнул Коля. — Даже мамка её будет рада, что больше не надо кормить эту тушу.

Никто даже не заметит её исчезновения, потому что она сознательно вырежет лоскуток с полотна мироздания, сознательно отправит уродливую Алю вместе со всеми её воспоминаниями в небытие.

Но она больше не жалела.

Шаг ближе к краю. Ещё шаг.

И вдруг — шаги. Твёрдые, быстрые, они не оставляли сомнений, что их хозяин знает, куда идёт.

— Что здесь происходит? — голос Романа прозвучал спокойно, но со стальными нотками.

Он подошёл так близко, что Аля учуяла его запах — не дешёвый одеколон, как у других парней, а неуловимо знакомый аромат дождя и старых книг в библиотеке.

Как у Ноктюрна.

Роман одним движением выхватил рюкзак и нанёс точный удар под рёбра. Не со всей силы — ровно настолько, чтобы Коля согнулся, задыхаясь, как рыба, выброшенная на берег.