Книга Право первой ночи для Лорда Тьмы, страница 8 – Ольга Коротаева

Задирает мне подол, и я ойкаю. Испуганно оглядываюсь, ведь я шла за Неклитом. Слуга наверняка уже заметил мою пропажу и ищет. Но Сартен сжимает объятия сильнее, тихо смеётся:

— Здесь никого, любовь моя. Это я подкупил слугу, чтобы привёл тебя.

Эйфория от ласк его рук мгновенно тает, в груди ёкает. Мы здесь одни! Файрелы погашены, и никто не знает, что я с этой части замка. Осторожно выпутываюсь из объятий жениха, отступаю.

— Мне пора идти, Сартен. Отец ждёт. Увидимся на церемонии…

— Я тебя отвезу, — снова наседает он. — Слышал, из-за тебя ваша кобыла хромает.

— Откуда знаешь? — изумляюсь я и тут же пытаюсь оправдаться: — Моя вина, но отец наверняка уже укрепил старые подковы магией. К тому же по традиции мы должны прибыть в храм по отдельности.

— Я сам предложил Фанару привезти тебя, — вжимая меня своим телом в стену, почти рычит он, — и вельер согласился. У нас есть мало времени, Орелия… Позволь же мне немного приласкать тебя!

И снова задирает платье, закрывая мне рот жарким поцелуем, будто не желая слышать возражений. Я пытаюсь вырваться, сердце стучит как бешеное, а мысли прыгают перепуганными птахами.

Как Сартен узнал о том, что я сбежала в деревню, чтобы помочь кузнецу? Замок моего жениха высоко на скале, и даже чтобы спуститься, нужно не меньше нескольких часов. Никто бы не успел доскакать до Айсуга так быстро. Значит, молодой вельер остановился в нашей таверне. Но почему не сказал об этом? Зачем платить слуге, чтобы увидеться тайком перед церемонией?

— Я сделаю это быстро, девочка моя, — хрипло говорит Сартен, развязывая одной рукой тесёмки на брюках.

Ощутив прикосновение другой его руки под юбкой, я едва сдерживаю вскрик. Спина холодеет от понимания, зачем мой будущий муж всё это затеял. Отталкиваю его и хмурюсь:

— Решил лишить меня девственности до церемонии? В замке моего отца?!

От осознания того, что происходит, и возмущения даже стыдливость растворяется. Отряхиваю платье, ощущая себя так, будто испачкалась.

— Это всё равно случится, — придерживая брюки, злится мужчина, — мы почти женаты! Орелия, умоляю… — Тут же меняет тон на ласковый: — Обещаю, тебе не будет больно.

— Вот уж никак не могла предположить, — едва сдерживаю горечь обиды, которая так и звенит в голосе, — что мужчина, которого я люблю, сделает из первой брачной ночи посмешище.

— Посмешище? — Лицо Сартена на миг некрасиво искажается от гнева. — Орелия, ты моя жена и должна слушаться своего вельера! Или ты хочешь начать наш брак с ссоры?

— Я не хочу начать его с унижения, — призывая самообладание, терпеливо поясняю я.

— Я люблю тебя и хочу! — вскрикивает он и резкими движениями завязывает тесёмку на брюках. — Что в этом унизительного?

— То, что ты хочешь овладеть мной чуть ли не в подворотне ещё до церемонии, по-твоему, уважительное отношение? — сдерживая слёзы, шепчу я. — Это и есть любовь? Нянюшка рассказывала, что мужчина должен быть нежен и терпелив. Я ждала цветов на постели, осторожных ласк и…

— Не будет этого! — сердито прерывает он, и я отшатываюсь в ещё большем изумлении.

Всё не так. Я не узнаю своего любимого. Мой Сартен никогда не вёл себя как грубиян. Дрожа всем телом, прижимаюсь спиной к стене и впервые думаю о том, что, может быть, зря так скоро согласилась на брак. Да, он выгоден жителям ослабленного долгой войной Лувирина. Поддержка отца моего жениха поможет пережить наступающую зиму, а мы с Сартеном получили бы часть вельи Айсуга.