Книга Право первой ночи для Лорда Тьмы, страница 51 – Ольга Коротаева

Прижимаю горячую ладонь мужчины к своей обнажённой груди, из которой вот-вот выпрыгнет ополоумевшее сердце. Замираю в некотором облегчении. Я сделала это и не упала в обморок! Молчание затягивается, и я неохотно поднимаю голову, страшась встретиться взглядом с лордом.

Лицо его выглядит сосредоточенным, будто мужчина прислушивается к ощущениям… Не хочу знать, к своим или моим! Заметив, что я смотрю на него, Вирг тихо подсказывает:

— Не та.

Во рту мгновенно становится сухо, колени подгибаются. Гетта… Не та грудь? При мысли о том, что придётся спустить платье с другого плеча, шатаюсь. Дрожа всем телом, тяну ткань, но Вирг придерживает.

— Рука не та.

О нет! Снова эта улыбка! Но в глазах лорда её нет. Тёмный омут их затягивает меня, будто гипнотизирует. Когда я гляжу в них, страх растворяется, оставляя лишь нестерпимый жар. Меняю руки и отмечаю, как бурно вздымается грудь мужчины. Отчётливо понимаю, что мне нравится это. И от этого становится ещё хуже.

Пытаюсь воскресить в памяти день, когда вернулся отец, чтобы снова воспылать ненавистью к врагу, виновному в увечье вельера… Но хрупкая соломинка, способная вытянуть меня из сладкого плена, обрывается, стоит услышать негромкие слова:

— Это ещё не всё, Орелия.

Опускаю взгляд на его губы и машинально облизываюсь, а в следующее мгновение холодею от собственного поведения. Что со мной? Вирг мне не нравится. Я ненавижу его! И тянусь к нему с намерением поцеловать только потому, что страстно желаю…

Спасти девушек от участи Лизии, конечно!

— Я знаю, что вы не пытались соблазнить других девушек, — вырывается у меня за миг до того, как наши губы соприкасаются.

Лорд прикрывает глаза так, будто желает прочувствовать мои прикосновения, словно изысканный десерт, и от вида удовольствия на лице мужчины в груди ёкает. Я нравлюсь этому опасному хищнику, и эйфория от некой власти над ним кружит мне голову. Чуточку отстранившись, я спрашиваю:

— Почему вы не забрали своё право в первый день? Я была в вашей спальне…

Вирг вздрагивает, и я ощущаю это так явственно… О Гетта! Мои ладони лежат на его широких плечах, а я даже не заметила, как обняла мужчину. Хуже того, меня уже не тревожит, что моя обнажённая грудь почти на уровне его лица. Ох, а его выражение снова становится жёстким, будто я разозлила лорда.

Он сжимает мою талию двумя руками и, буравя тёмный взглядом, криво усмехается:

— Именно так я и должен поступать, по твоему мнению? Враг! Тот, кто без жалости убивал и насиловал твоих соотечественников… Возможно, родственников. Монстр, желающий украсть девственность благородной девы! Именно такой я в твоих глазах?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Пальцы его впиваются в мои бока так, что кажется, рёбра не выдержат. Охваченная стыдом за то, что до этого мне были приятны прикосновения норзийца, я киваю:

— Да. Но я всё равно выполню условия нашей сделки.

Прищурившись, северянин шипит, словно василиск, которому придавили хвост:

— С-с-сделка… — Огромное тело его ощутимо напрягается, будто превращается в камень, но лицо кажется непроницаемым. Ни ярости, ни огорчения я не различаю. Словно ему тоже всё равно, что за договор я предлагаю. Но от последующих слов я вздрагиваю: — Но тебе было приятно, признай.

Стискиваю зубы так, что ноют челюсти. Да, было! Но я ни за что на свете этого не скажу. Это хуже, чем оказаться в постели норзийца! По лицу Вирга пробегает тень, а потом мужчина улыбается. Вот только это не похоже на солнечную радость, что я замечала раньше. Сейчас это скорее оскал раненого хищника. Смертельно опасного врага.