Книга Право первой ночи для Лорда Тьмы, страница 40 – Ольга Коротаева

— Потому что вы не спрашивали, — поддаюсь я накатившей злости, поправляя волосы на бледном лице Лизии. — Лучше помогите ей, вы же целитель!

— Лорд в большей опасности, — наклоняется над мужчиной Сеот.

— Ну конечно, — кривлюсь я и беру подругу за руку: — Лизия, это я… Пожалуйста, посмотри на меня.

— Орелия! — зовёт целитель, вжимая мужчину в пол. — Помогите мне!

Замечаю, что тело Вирга будто бьётся в судорогах, и в груди ёкает. Поцеловав ладонь подруги, шепчу:

— Я скоро.

И приближаюсь к норзийцам. Смотрю настороженно:

— Что с ним?

— Мрак, — выплёвывает Сеот и, меняясь в лице, сурово просит: — Помогите удержать! Надо перевернуть его на бок. Его сейчас вырвет… О Зогг! Мои лекарства остались у Золетты, я не успею вернуться… Он же задохнётся! Что делать?!

Рот лорда открывается, и из него вытекает нечто чёрное, как жидкая сажа. Лицо белеет до синевы, и у меня леденеет затылок. Поддавшись импульсу, я опускаюсь на колени рядом с Сеотом, который всем телом наваливается на выгибающегося в агонии Вирга, и осторожно дотрагиваюсь до волос норзийца.

— Невероятно, — шепчет Сеот, когда тело лорда на миг замирает. Целитель пристально смотрит на меня. — Вельера, погладьте его ещё раз. Молю!

Я поглаживаю чёрный шёлк волос лорда, и Вирг перестаёт дёргаться в конвульсиях, рвота прекращается.

— Ещё, — требует норзиец и, поперхнувшись, добавляет мягче: — Пожалуйста.

Я провожу кончиками пальцев по гладкой коже лорда, как делала это раньше, убирая с лица лишнюю растительность. Убедившись, что пациент спокоен, Сеот поднимается и приближается к одному из тяжёлых, окованных железом сундуков. Откидывает крышку и вынимает огромный светло-сиреневый булыжник.

— Говорил ему, что так долго сдерживать мрак опасно, — размещая камень под боком Вирга, бурчит целитель. — Однажды проклятие станет настолько могущественным, что вырвется из-под контроля и уничтожит его самого.

— Как так? — размышляя о благословении Гетты, удивляюсь я. — Это же его сила.

Он бросает на меня колкий взгляд и кривит рот:

— Гельерийцы считают, что лорды владеют мраком, но на самом деле мрак владеет ими! Слабых убивает быстро, а сильных медленно и мучительно.

Когда Сеот достаёт второй кристалл, я вдруг догадываюсь, что это за камни. Перед внутренним взором возникает образ храма, внутри которого Никилия возносит молитвы милосердной Гетте.

Сила норзийцев — проклятие, умертвляющее самих северян. Обоюдоострый меч, от которого они ищут спасение. Завоёвывая чужие земли, убивая мирных жителей и разрушая их дома. В груди разливается холод, когда я смотрю на лорда, которому только что искренне сочувствовала. Вот зачем им наши храмы!

Глаза Вирга широко распахнуты, мрак в них медленно тает, возвращая природные краски. Пробую встать, но ледяные пальцы сжимаются на моём запястье с такой силой, что невозможно вырваться.

Глава 16

Качнув головой, просыпаюсь и испуганно оглядываю полутёмную спальню норзийца. Сколько прошло времени? В голове звучит многократно, будто призрачное эхо, «Прошу, останься». Может, поэтому я до сих пор сижу на полу рядом с неподвижным мужчиной? Или потому, что сильные пальцы сжимают моё запястье так, будто лорд пытается не удержать меня, а устоять на краю пропасти и не упасть во…

Вспоминаю его абсолютно чёрные глаза и леденею от ужаса, думая о том, что выходило из мужчины позже.