Книга Мой чужой папа, страница 92 – Ольга Коротаева, Артелина Грудина

У меня ничего не поменялось. Я все так же хочу развестись с Борисом и млею от прикосновений Леонида. А у него? Готов ли Лео к таким серьезным переменам в своей жизни? К тому же речь идет не только обо мне и нем. В наших отношениях есть и третья, можно сказать решающая сторона — Николаша.

Если Леонид не примет его, я не смогу быть рядом с боссом. Мой сын — это самое дорогое существо во всей вселенной и я никогда не предам его! А если примет? Играть долго в свидания не выйдет, ребенку нужна стабильность, семья. Что если Горыныч не готов? Что если не готова я?

Все эти и другие вопросы мучали меня, пока мы с медсестрой справлялась с последствиями некормления. Таблетки помогли унять боль и головокружение, а молокоотсос улучшить состояние груди.

Я даже успела задремать. Разбудил меня тихий шепот Лео:

— Смотри, наша мама спит, — пальцы мужчины пробежали по моей щеке, убирая прядь волос.

Я открыла глаза и улыбнулась, а затем и вовсе чуть не рассмеялась. Босс выглядел непривычно. Кенгуру, сумка с необходимым для Николаши. Он смотрелся как… папа?

Я была поражена. Неужели он сам присмотрел за ребенком? А где тогда Зинаида? И я вспомнила полные ужаса глаза помощницы, когда теряла сознание. Неужели Борис и ей навредил?!

— Леонид, а что случилось с Зинаидой? — промямлила я.

— Она в соседней палате, отлеживается. Деомарыч, сказал, что ты в порядке. Сейчас подождем ответы анализов и, если все будет хорошо, мы с Николаем заберем тебя домой.

Он взглянул на сына, который молча рассматривал рубашку босса.

— Кое-кто не особо уважает смеси и скучает по аппетитной груди. Я его понимаю и поддерживаю!

На лице Леонида появилась мальчишеская задорная улыбка, на которую просто нельзя было не ответить.

— Спасибо, что присмотрел за Николашей.

Босс скривился.

— Не называй его так. Он ведь мужчина. Маленький, но уже мужик.

Я тихонько засмеялась. Неужели “Николаша” так ужасно звучит?

— Хорошо, не буду. — Я погладила макушку сына. Ужасно хотелось взять его на руки и зацеловать.

Леонид словно прочел меня.

— Не дам, я потом его в эту штуку сам не посажу. Дома мне помогал курьер, а на встрече Йоко.

— О, боже! Ты ужинал с господином Ямагути и взял с собой ребенка?!

— Мы сидели в ВИП-комнате, поэтому микробов было по минимуму, а затем и вовсе гуляли по парку.

— По парку?

— Да, оказывается мой новый партнер очень много знает о детях и дал мне больше рекомендаций, чем гугл.

У меня слов не нашлось. Просто не могла представить, что босс так поведет себя. Тот Горыныч, которого я знаю, вызвал бы няню, заставил бы Дину бросить все дела и заниматься моим малышом, раз Зинаида тоже пострадала. Я была уверена, что он не станет возиться с чужим ребенком.

Медсестра перед приходом Леонида ответила на мой вопрос о времени. Четыре часа дня, уже суббота. Я прикинула, сколько была без сознания. Это значит Леонид был с Николаш… Ником больше суток! Сам?

Кормил его, переодевал... менял ему памперс. С каждой секундой я все яснее осознавала произошедшее и из моих глаз брызнули слезы.

— Спасибо, что позаботился о нем сам, а не всучил постороннему человеку.

Слова вырвались, в груди стало жарко от раздирающих эмоций, и я буквально зарыдала.

— Ася, не плачь, пожалуйста. Я бы ни за что Николая никому не отдал. Мы справились! Конечно, я многое гуглил и не всегда вспоминал про крем. И в детской пришлой проветривать, потому что я не сразу выбросил памперс и салфетки, но мы правда сработались с парнем.