Книга Пышка для босса, или Временно беременна, страница 27 – Ольга Коротаева

— Герда? – В гримёрку заглядывает руководитель театра. – У нас проблема. Снегурочка слегла с ковидом. Что делать?

— Она сыграет, – мгновенно сориентировавшись, заявляет Гуров и показывает на меня.

Руководитель округляет глаза:

— На Герду халат Снегурочки не налезет!

— Зато на меня прекрасно подойдёт костюм отца, – вмешиваюсь я.

Гулять, так гулять. Играть, так играть!

Мстислав бледнеет, явно желая пойти на попятную, но гордость не позволяет. Приходится ему наряжаться Снегурочкой. Я же надеваю халат Деда Мороза, нацепляю бороду и смотрю на себя в зеркало. Сердце колотится, то и дело покатывает паника, но Гурову хуже.

— Я справлюсь, – киваю своему отражению. – Каждый год смотрела, как папа работает. Всё помню!

Когда мы с Гуровым едет по трассе с открытыми окнами (жарко в костюмах), нам гудят все встречные машины. Мстислав сидит, скрестив руки на груди, и мрачно смотрит перед собой. Ему безумно идёт светлый парик, в котором Гуров выглядит, как сказочный герой какой-нибудь дорамы. Но мужчине образ Снегурочки явно не по душе. Я осторожно говорю:

— Вы не обязаны этого делать.

— Я дал слово и сдержу его, – цедит Мстислав и косится на мою грудь, которую не спрятать под объёмным халатом. – Вы не похожи на Деда Мороза.

— Да и вы Снегурочка лишь с большой натяжкой, – весело парирую я, понимая, о чём он. – Но я вас успокою. Детям всё равно! Им главное, чтобы было весело. С этим вы справитесь?

— Не уверен, – неожиданно признаётся он.

А я беру Гурова за руку и твёрдо говорю:

— Вы прекрасно управляетесь огромным бизнесом. С десятком ребятишек точно управитесь.

Увы, мои слова, судя по лихорадочному блеску его глаз, лишь сделали хуже. Как бы Снегурочка не сиганула по пересечённой местности, удирая от возложенных на себя обязанностей.

— Мстислав Всеволодович, – я пожала длинные красивые пальца мужчины и посмотрела на него с искренним восхищением. – Вы действительно отличный руководитель. Я знала это! Иначе не были бы там, где есть. Но вы так же хороший человек, я увидела это сегодня и, сказать откровенно, поражена тем, что вы так прониклись судьбой детей.

Гуров пристально смотрит на меня, и я продолжаю:

— И меня вдохновляет то, с каким отчаянием вы стремитесь держать данное слово. Поэтому позвольте дать вам маленький совет. Позвольте себе быть смешным!

Он моргает, а я улыбаюсь:

— Это первое, чему научил меня папа. Как видите, я толстая. Всегда такой была. И в школе надо мной смеялись. Когда я приходила домой в слезах, папа говорил – позволь себе быть смешной. Смейся над собой сама! И тогда никто не сможет сделать тебе больно. Он был прав. Стоило мне открыто признать свои недостатки, как они утратили важность. И у меня появились друзья. Смейтесь, Мстислав Всеволодович! Это гораздо приятнее, чем плакать.

И отпустила его руку. Думала, Гуров напомнит ледяным тоном, что я его секретарь, а н психолог, но Мстислав Всеволодович внезапно выпалил:

— Ты не толстая.

— Что? – растерялась я.

Гуров тряхнул головой, будто избавляясь от наваждения, и посмотрел в окно.

— Спасибо, Герда. Я постараюсь отпустить чувство важности и насладиться весёлой игрой. И, честно говоря, мне завидно, что у вас такой замечательный отец.

Глава 22

Машина останавливается у здания нашего офиса, и водитель открывает дверцу и помогает мне выйти. Прохожие столбенеют, пожилая женщина, что ведёт за руку мальчика лет пяти, говорит: