Книга Моя мачеха – землянка, страница 88 – Ольга Коротаева

— Что он обсуждает?

Эдан гадливо поморщился, и от этой ужимки меня передёрнуло, будто током. Мысли путались, в груди горело. Я услышала, что Такет устроил мне встречу с первым мужем, но это в голове не укладывалось. Выходит, он всё знал?

Мотнула головой, чтобы прийти в себя.

Какая разница? Надо пользоваться случаем, чтобы спасти моего мальчика… Нет! Нашего сына. Отбросив гордость и обиду, я с силой тряхнула руку Эдана.

— Мне всё равно, что ты обо мне думаешь. Речь о нашем сыне, понимаешь? Он умирает! Тех денег, которые мне выплатили, когда ты улетел, едва хватало на поддержание жизни Доминика. И даже мой контракт подарит ему не больше пяти лет бессознательного существования… Но это!.. — Я указала на контейнеры. — Полностью исцелит его! Доктор Флеминг знает об этом и ждёт лекарство.

С замиранием сердца я смотрела на мужа. Он должен поверить. Обязан спасти нашего мальчика!

— Умоляю, — прошептала, глотая слёзы. — Я так старалась добыть образец шестьсот тринадцать…

Эдан дёрнулся, взгляд его потяжелел, у губ залегли складки.

— Ты знаешь о том образце?

— Да! — воскликнула я. — Именно из-за него я здесь. Потому что своими глазами видела, как капля крови дракона исцелила умирающего кота.

Мужчина полностью преобразился: подтянулся, тон стал деловым.

— Ясно. Но передать образец невозможно. Если кто-то узнает, его изымут. А узнают обязательно, потому что каждый контейнер досматривается.

— У меня есть идея, как переправить его на Землю, — горячо продолжила я. — Со мной прилетел кот. Тот самый! Если его отправить обратно, то в капсулу можно подложить пропитанную кровью ткань. Миранда передаст её Флемингу, и…

— Кот?! — перебил муж. — Да их на Земле миллиарды! Знаешь, сколько стоит переправить живое существо из системы в другую?

— Барсилий особенный, — победно улыбнулась я. — После того, как случайно принял каплю крови дракона, он стал довольно болтлив. Много ты заешь говорящих котов, Эдан?

— Хм, — нахмурился муж.

Я видела, что он верит моим словам, и не понимала, почему не спешит принять решение. Доминик же его сын! Разве он уже раз не пожертвовал жизнью ради ребёнка? Оставил нас и улетел так далеко. Почему же сейчас тянет с ответом?

— Я сделаю это, — наконец ответил Эдан, и я выдохнула с облегчением. — Но с одним условием.

Удивлённо воззрившись на мужа, я растерянно моргнула.

— Каким?

Предположения пронеслись стадом обезумевших животных, одно чуднее другого. Начиная разводом с иха (будто это от меня зависело!) и заканчивая оплатой за услугу.

— Ты забудешь обо мне, — глухо отозвался Эдан.

— Забуду? — удивилась я.

— Больше никогда ко мне не обратишься, — с какой-то надрывной болью простонал муж и, закрыв глаза, устало потёр лоб. — Видит бог, Роза… Я пытался остаться хорошим в твоих глазах! Но жизнь на Земле была для меня пыткой. Я не выдержал.

У меня в груди будто что-то оборвалось. Я смотрела на мужчину, которого любила, и не верила глазам. Пальцы разжались, и руки безвольно повисли вдоль тела. Покачав головой, я отступила на шаг. Эдан же жарко продолжил, будто плотину прорвало:

— Я больше не мог так жить, Роза! Постоянно думать о том, как помочь умирающему ребёнку. С утра вместо завтрака звонить в клинику и спрашивать, пережил ли он эту ночь. Все разговоры у нас были только о Доминике… А секс? Ты помнишь, когда в последний раз спала со мной?!