Книга Моя мачеха – землянка, страница 62 – Ольга Коротаева

Даже если всё получится, я уже никогда не увижу Доминика. Не услышу его звонкий голос, не обниму худенькое тельце, не поцелую чистый лоб. Щёку обожгла слеза…

— Что с тобой? — заметив скользнувшую по моей коже каплю, испуганно спросил Айк.

— Это… — Я торопливо стёрла предательницу. — Просто устала. Здесь столько комнат, переходов, коридоров… Как ты не устаёшь бегать к нам с Барсилием?

— Здесь все пользуются магией, хали Роза, — неожиданно мягко подсказал магистр, и я устыдилась того, что так грубо прервала его урок, а потом разозлилась из-за Айканара. Мужчина усмехнулся в бороду: — Кто может, конечно.

И моё раскаяние мгновенно испарилось.

— Тогда надо отдохнуть! — усадил меня воодушевлённый Айк и тут же предложил: — А давайте поиграем в крокодила?

— В кого? — хором спросили магистр и иха.

— В бескрылого дракона с короткой шеей и маленькими лапами, — охотно объяснил мальчик. — Он ползает на животе и не может повернуть голову!

— Таких не существует, — возмущённо заявил магистр.

— Вообще-то они есть, — весело улыбнулась я. — На моей планете.

— Уродство, — поёжился Сард.

Судя по кривой ухмылке, Эронд был с ним согласен. Но неугомонного ребёнка было не остановить, и вскоре он вовлёк в новую игру всех взрослых. Занятия возобновить так и не удалось. Иха с удовольствием увлёкся заданиями, и даже магистр Сард казался не таким уж занудой.

Так потекли дни. Ронд приходил с утра и проводил со мной дни до самого вечера. Мы гуляли по саду, а потом навещали Айканара и задерживались в его комнатах до ночи. То играли, то занимались науками. Мне было невероятно интересно слушать лекции магистра вместе с ребёнком, и сам мальчик был от этого в восторге. И, по словам Сарда, даже стал усерднее учиться.

С магистром мы если и не подружились, то стали относиться друг к другу без предубеждений. Я настолько прониклась уважением к этому начитанному человеку, что решила при удобном случае порасспросить его о том, о чём хотела поговорить с Такетом. Прикосновения, которые так меня тревожили. Почему всех так удивил поцелуй, который я подарила ребёнку…

Кстати о поцелуях.

Вечерами, когда Теренита помогала мне раздеться перед сном, я смотрела на себя в зеркало и, касаясь золотистого узора, невольно кусала губы.

Сперва я решила, что показалось, но спустя дюжину дней стало понятно: метка тает. Спина холодела, когда я вспоминала слова Такета о том, что наш брак могут оспорить. Что же будет, если до возвращения иха рисунок окончательно пропадёт?

Но даже этот страх вылетел у меня из головы, когда однажды вечером Кристофа с поклоном объявила:

— В ваши покои доставлены свадебные дары от чужаков.

Миг растерянности сменился жаром от понимания: начальник станции наконец прислал оборудование! Я велела перенести «сундуки» в одну из облюбованных мною небольших комнат и попросила слуг оставить меня. Сама же бросилась к капсулам.

Их было три.

Одна совсем небольшая, размером с батон хлеба. Прекрасно! Самый удобный вариант для образца шестьсот тринадцать… Если мне удастся его добыть.

Во второй убрался бы даже Барсилий. Интересно, зачем мне прислали такой большой контейнер? Третий являл собой нечто среднее между первыми двумя. Внутри него я и обнаружила записку.

Прочитав короткую инструкцию, посланную мне начальником станции, я на миг потеряла дар речи. А потом икнула: