Книга Гром и Молния, страница 30 – Ольга Коротаева

Рывок, удар и небо вернулось на нормальное место над моей головой, земли я пока не видел, но надеялся, что она тоже теперь расположена правильно. Все время, когда дракон аккуратно складывала свои темно-синие крылья, я пытался разжать свои закоченевшие пальцы от нароста. И когда у меня, наконец, получилось, с изумлением обнаружил на их местах вмятины от ногтей. Нервно сглотнув, я воровато огляделся и поспешно скатился на землю. От природы острые ногти дроу меня выручали не раз и не два в жизни, но я не знал, повлияет ли такая метаморфоза на, пусть не так заметно, но помятого дракона.

Эжона нежно фыркнула в лицо своему возлюбленному, тот покачнулся, но устоял. Немного поморщившись, парень тщательно поправил шевелюру. Я же поспешно помог Нарвэ: спускаясь, девушка неловко заскользила вниз. Поймав эльфийку на руки, я аккуратно опустил Нарвэ на землю, где ее ревниво перехватил подскочивший эльф. Теперь, на поверхности, Эрлиниэль выглядел точно так же, как раньше: самовлюбленным надменным светлым эльфом, не упускающим возможности покрасоваться перед девушками.

— А что за необходимость была опускаться? — зевнув, спросила Нарвэ. — Насколько я знаю, нам лететь еще долго.

— Надо передохнуть, — улыбнулся ей эльф, галантно помогая переступить через хвост Эжоны. — Драконам тоже нужен отдых и еда, как ни странно.

Дракониха проводила их фиолетовым глазом и, развернувшись в другую сторону, потопала прочь.

— Куда она? — забеспокоился я.

— За едой, — соизволил пояснить эльф, усаживая Нарвэ на поваленное дерево. — У моей жены охота в крови, так что остается немного подождать и обед будет обеспечен.

— Так просто сидеть и ждать, пока пища свалится на голову? — меня покоробило такое отношение парня к жизни, но чужая жизнь потемки и лезть со своими советами зачастую очень опасно. А, вспомнив поведение супругов в воздухе, я решил, что все мы имеем право сами решать, как будет протекать наша жизнь и без глупых замечаний окружающих.

Так что я позволил Нарвэ благосклонно принимать льющиеся из сладкоголосого красавца комплименты и огляделся по сторонам, стараясь понять, куда же меня занесло на сей раз.

Огромное пустое поле без признаков лесистости даже на линии горизонта. Трава местами по пояс, пожухло-зеленого цвета с черными стрелами странных цветов. Позади на единственном поваленном дереве ворковала парочка светлых эльфов, пусть одна из них и черноволосая. За ними начиналась полоса высоких, голых на вершине, холмов, среди которых иногда мелькала темная голова Эжоны, уже довольно далеко.

— Какое странное место, — тихо сказал я сам себе, но меня услышали.

— А ты знаешь, где мы, Гром? — лукаво спросила Нарвэ, поднимаясь с сухой коряги.

Я помотал головой: откуда? Я всю жизнь провел в Поднебесной цепи. Эльф тоже подошел поближе, но общаться с дроу не рвался, держась позади девушки.

— Это долина великанов, — заунывным голосом прорицательницы взвыла Нарвэ.

Меня передернуло:

— Так эти холмы…

— Просто могилы, — кивнула девушка. — Романтично, не правда ли?

— Ну не знаю, — хмыкнул я. — Я немного другого мнения о красоте. И вообще не понимаю кладбищ и прочих захоронений. Не все ли равно, где и как гниет мертвое тело? А что это за трава?

— По легенде, — эльфийка провела рукой по черным цветам, вызвав водопад темной пыльцы, — это засохшая кровь погибших исполинов. На этом поле и произошла великая битва двух кланов, в результате которой не осталось ни одного живого великана.