Книга Гром и Молния, страница 136 – Ольга Коротаева

— Да, — вспомнил я о войне. — Артефакты… есть третий…

— Третьего нет, — хмыкнула Молния.

Насладившись созерцанием растерянности на моей физиономии, она продолжила:

— Эти два и есть третий артефакт.

— В смысле? — я пытался сообразить, поскольку чувствовал, что Молния подвергает меня какому-то испытанию на сообразительность. — Есть два артефакта, если их соединить, то получается просто два соединенных вместе артефакта…

— Мыслишь, как низшее существо, — фыркнула женщина. — Если б я не была уверена, что ты мой сын, я бы сейчас засомневалась.

— Ну и ладно, не очень-то и хотелось, — обиделся я.

— Куда подевалось твое чувство юмора? — расхохоталась Молния. — Я-то надеялась, что ты его от меня унаследуешь, а то у Дарва при всех его достоинствах, оно весьма посредственное.

— Ничего не посредственное, — буркнул я. — Он… например…

— Ну? Ну? — хихикала Молния.

Я не выдержал и расхохотался, махнув рукой на глупые обиды:

— Да ты права! Но все равно он замечательный!

— Да никто не спорит, — серьезно кивнула мама.

— Так что насчет артефакта? — напомнил я.

— Ладно, так уж и быть, — усмехнулась Молния. — Смотри!

Она протянула руку ко мне. Сияние послушной кошкой скользнуло рукоятью ей в ладонь, не причинив ни малейшего вреда. В небольшой, словно специально выдолбленной выемке на рукояти радостно сверкало Око. Я вспомнил вычурную диадему Дэйдрэ с похожим камнем.

— И правда, подделка, — усмехнулся я, — Удивительно, Дэйдрэ всегда испытывала сильное отвращение ко всяким фальшивкам, а сама таскала её на своем челе.

— Не смейся, — серьезно отозвалась Молния. — Таким сильным артефактом невозможно пользоваться постоянно, это очень тяжело для других. Она еще молодец, сильная — раз не побоялась воспользоваться силой Ока. Артефакт размывает магическое поле владельца и покоряет его себе, лишая воли и тяге к жизни.

— Тогда понятно, — я вспомнил странное поведение Дэмеца, редкие проблески его настоящего. Того, кем он был до исполнения своей миссии. И он об этом знал, — Остается загадкой, почему Око не завершило свое дело, а выбрала Дэйдрэ…

Молния не отреагировала на мою реплику. Она довольно осматривала Сияние, касаясь белыми пальчиками сверкающего лезвия. Я уставился туда же, стараясь ничего не пропустить.

Под изящными руками Молнии контуры Сияния и Ока власти поплыли, размываясь в пространстве, смешиваясь между собой, словно яркие краски кистью художника превращались в новый оттенок. Клинок вытянулся в подобие копья и выглядел стеклянной трубкой, в середине которой яростно плещется оранжевый поток магии. Я протер глаза: вот он, третий артефакт.

Молния подошла ко мне, обомлевшему и ничего не понимающему, и спокойно проткнула копьем мою голову. Я закричал не своим голосом, глядя, как острый предмет со смачным звуком входит в мое тело. Молния иронично изогнула правую бровь: я поспешно заткнулся. Боли ведь не было, как и крови. Значит, магия должная войти в меня подобным образом.

Я был прав: прозрачная трубка тускнела. Она сделала свое дело, доставила оранжевый поток в мою голову и, окончательно померкнув, со звоном упала на пол прежним Сиянием.

Молния изящно опустилась, поднимая клинок. Поднявшись, она всетак же молча засунула Сияние в обратно ножны и посмотрела мне в глаза. Она прощалась. Я хотел обнять её, но мне не удалось даже поднять руку. Во лбу у меня пульсировало Око, а в каждой клеточке тела буйствовал непостижимый третий артефакт. Я сам стал этим артефактом. Сознание попросилось в отставку, и я с удовольствием и некой трусостью принял его предложение.