Книга Гром и Молния, страница 118 – Ольга Коротаева

Рядом, в небольших выемках на стене обнаружился целый арсенал различных средств для омовения, чем я незамедлительно и воспользовался и через небольшое время сиял чистотой как начищенный кубок из самого лучшего антрацита!

Выкарабкавшись, я закутался в большущий кусок белоснежной толстой и очень мягкой ткани и отжал вверх рычаг.

Похоже, я был единственным, кто поспешил помыться вместо того, чтобы нежиться в целебной ванне. Но обстановка все-таки немного изменилась.

Посреди зала появился изящный невысокий столик с затейливо изогнутыми ножками, на котором находился целый ворох одежды. Действуя по правилу: «кто первый сел на трон, того и корона», я выбрал самые приятные для себя вещи, переворошив все, что принесли.

Выбор мой остановился на темно-фиолетовых брюках из плотной чуть мерцающей ткани, черной полупрозрачной рубахе свободного покроя и фиолетовом же жилете, строго расшитом серебром. Нашлись и мягкие кожаные сапожки черного цвета. Вернувшись в альков, я нашел Сияние в куче грязного тряпья и пристегнул к черному кожаному поясу с серебряной пряжкой: вст теперь костюм мой стал действительно цельным.

Из алькова напротив, с расширенными зрачками и покачиваясь от усталости, вышла Эжона, закутанная с ног до головы в пушистый белый балахон. Словно не видя никого вокруг, девушка подошла к столу, вытянула первое попавшееся платье, прихватила обувку и ушла обратно.

Я хмыкнул, забавные вкусы у драконов. Судя по тому, что я разглядел, это голубое полупрозрачное платье, расшитое серебром, и красные сапожки с золотыми цепями и пряжками.

Я заглянул в альков к Херону, но неугомонный оборотень уже оттуда испарился. Он нашелся в гостевой комнате, где растянулся на мягком ковре во весь рост. Вот тут я откровенно рассмеялся, опираясь об косяк двери, чтобы не упасть.

Первый парень на деревне! Брюки, расшитые золотом, красная рубаха, синий жилет, сплошь усыпанный голубыми драгоценными камнями, белоснежный кафтан на два размера больше мальчугана и все вершили эльфийские зеленые сапоги с длинными загнутыми носами. Херон насупился и запахнул кафтан.

Не в силах больше любоваться этим чудом и держась за ноющий от смеха живот, я пошел в гости к Эрлиниэлю.

— Ты тут как, жив еще, солнце мое? — спросил я, еще хихикая. — Не превратился в рыбу?

— Нет, — буркнул эльф. Он сидел абсолютно голый на белой куче, которой оказалось то самое толстое покрывало.

— Чего не одеваешься? — невинно поинтересовался я. — Любуешься своим богатырским сложением?

Эрлиниэль бросил на меня уничижительный взгляд и отвернулся.

— Ладно, красна девица, выкладывай, — сжалился я над феем.

— Мне чего, голым туда лететь? — закричал эльф, теребя неподъемную для него ткань. — Или в грязное свое рванье обратно облачаться?!

— Да успокойся, — опешил я от такого взрыва, — так бы сразу и сказал. Сейчас чего-нибудь придумаем…

Я вышел и покопался в тряпье, но ничего подходящего найти не мог. Похоже, таких маленьких размеров у дручий не нашлось. Но тут у меня возникла идея. Я, зная любовь эльфа к белому, схватил белые брюки, рубаху, жилет, нашел сапоги из белоснежной кожи и рванул обратно к Эрлиниэлю.

— Доставай свою палку, — приказал я фею, игнорируя его выразительный взгляд на кучу одежды, по объему в несколько раз превышающему его собственный.