Книга Иномирная супруга дракона 2, страница 67 – Ольга Коротаева

— Знаю, - помрачнев, прервал её.

«Но не на ней».

Женщины из расы харгов не выходят замуж. Они берут в свою пещеру мужчин, и мне невыносимо даже думать об этом. Я никогда не соглашусь на многомужество. Как можно делить женщину с другим? Дракон порвёт соперника на куски!

А Новлеетта не согласится смириться с участью супруги одного мужчины. Она по-другому воспитана... Привыкла повелевать и идёт по земле так, будто ей принадлежит не только Харбагтур, но и весь мир! Нам никогда не быть вместе.

Но меня тянуло к ней так, что выкручивало внутренности.

— Разве могу я предпочесть одну женщину? — широко улыбнулся матери. — Это разобьёт тысячи сердцечек других!

И направился прочь так быстро, как только мог, в сторону, противоположную той, куда ушли послы Харбагтура. Ни разу даже не оглянулся. Да, так и надо. С глаз долой, из сердца вон! Один раз это уже помогло, справлюсь и сейчас.

Официальная часть коронации завершена, и мой коронованный брат повёл в танце свою красавицу-жену, и до меня доносился весёлый смех их сына. Такие счастливые, что на душе тошно.

«Я рад за них, — повторял это снова и снова. — Очень рад за них»

Это был правдой.

Вот только один взгляд на семью брата пробуждал во мне желания, от которых на душе скреблись кошки. Чтобы Новлеетта вот так же улыбалась мне, как Дана Гордэру. Чтобы подарила мне сына. Чтобы никогда не смотрела на других мужчин.

— Безумие, — выдохнул и бросился бегом.

Прочь, от чужого счастья. В ближайший дом, где мне распахнут и объятия, и двери в спальню, и сердце. Всё, к чему я привык.

Податливые и доступные. Скучные!

— Стой!

Что-то полыхнуло, и вокруг разлилась непроглядная тьма. Я сидел на полу и тряс головой, не понимая, что произошло. Надо мной кружились сверкающие звёздочки, а сквозь тьму проступило самое прекрасное в мире лицо.

Антрацитовая кожа, алые глаза и роковая улыбка.

Новлеетта!

— Ты жив, бесполезный? — уточнило видение.

Вместо ответа я взял и поцеловал её.

Лаллея

Я настолько была потрясена содержимым письма, что всё остальное на некоторое время стало неважным. За это и поплатилась, когда северный наёмник, который всё это время крутился вокруг Горди и бросал несчастные взгляды на Дану, вдруг выхватил из моих рук свиток.

— Отдай! — дёрнулась следом, но мужчина спрятал послание за пазуху и дёрнул уголком губ в жёсткой ухмылке. Я сузила глаза: - Тебе жизнь не дорога?

— Я давно смирился с тем, что однажды её потеряю, — ледяным тоном заявил наёмник. - Как и все драконы Фаррэмиана!

И направился прочь, а я побежала за ним, в ужасе от того, что послание может попасть в руки брата до того, как Дана поговорит с ним. Такого нельзя допустить! А если северный дракон покажет свиток ещё кому-то, то может спровоцировать войну.

— ЭЙ, наёмник! — воскликнула, догоняя мужчину. - А ну, стой

Вцепилась в его рукав, и дракон остановился. Медленно повернулся ко мне и, окатив презрительным взглядом, с прохладцей заявил:

— Я князь драконьей крови! Будь вежливой, Лаллея, обращайся ко мне по имени!

— И не мечтай, наёмник, - процедила я и, улучив момент, сунула руку ему за пазуху, чтобы вытащить письма.

На миг Эгджерт растерялся, но стоило мне зацепить бумагу, как перехватил мою руку и, стиснув запястье, будто тисками, вжал меня в стену. Но наёмник ошибся, полагая, что имеет дело с изнеженной драконицей.