Книга Ночь с убийцей, страница 65 – Ольга Коротаева, Диана Билык

— Это для нее, — показала на Дару, что кусала свои пальцы и била меня лобиком в ключицу. — Хорошей дороги, — сказала медсестра и ушла в кабинет.

Это было крайне странно, но я не противилась и не возмущалась. Сейчас отказываться от помощи — совсем глупость, да и уверена, что это все Кунай потребовал и оплатил. Он всегда такой предусмотрительный, не под стать Толе, который забывал, что у него есть жена и дочь, и что им нужно что-то есть.

Я шла за Кунаем и чуть не потеряла способность ходить, когда узнала, что мы были в клинике по попустительству его врага. Это было безрассудно так рисковать, но я доверилась мужчине, больше ничего не оставалось.

— Гадёныш нащупал мою слабость, — сжато сказал Кунай, сдавив пальцами руль. Он последние часы вел себя очень сдержанно, в глаза не смотрел, близко не подходил. Я была благодарна, потому что флер его сильного тела и горячей страсти сводил с ума.

Я отряхнулась и уточнила:

— Слабость?

— Тэкэра, — сквозь зубы шикнул мужчина и криво улыбнулся мне в зеркало: — А теперь он знает и о тебе… — повернулся через плечо и ласково посмотрел на уснувшую дочь. — О вас.

Мы ехали мимо поселка, я повернулась в окно, чтобы не смотреть на мужчину, что заполонил все мысли, сны и каждую клеточку тела. Я никогда не признаю, что он мне нравится. Он занят!

— Стой! — знакомый знак мелькнул мимо окна, и я забыла, как дышать. — Это та дорога. Я видела ее на фото в мамином альбоме. Где-то там мы раньше жили.

Машина резко затормозила, пришлось придержать дочь и выставить руку вперед, чтобы не удариться о переднее сидение.

Дара слегка застонала от качки, мы с Кунаем переглянулись. За эти дни первый неловкий звук от нее. Словно в знойную жару пошел дождь — такое было облегчение.

— Врач сказал, что мутизм пройдет, — ответила я на немой вопрос мужчины. — Просил больше с ней общаться, играть. Особенно тебе.

— Не думаю, что у меня получится, — поворачивая на указанную дорогу, скривился Кунай. — У меня нет детей, я понятия не имею, как с ними общаться.

— Я не настаиваю. Это просто был совет врача, я не вижу в этом смысла, если откровенно, — пришлось смотреть в окно, чтобы не ловить на себе темный взгляд.

И от его резкого отказа, ведь даже не попытался, не сказал, что попробует, стало холодно на сердце. Захотелось сжать кулак и потереть грудь, чтобы не тянуло.

Да что я, как маленькая, какое ему дело до нас? Найдет свою женщину и забудет, как страшный сон. Даже его возбуждение и тяга ко мне, что вспыхивали, стоило нам сблизиться, никогда не свяжет нас и не толкнет друг к другу. Этот мужчина никогда не переступит черту, не изменит любимой, и наверное это мне в нем нравилось больше всего. Эта верность жене, эта тоска в глазах, когда он смотрел на меня, а видел ее лицо, его непреодолимое желание найти.

Да, я могла бы только мечтать о такой самоотверженности, но он не мой, хватит засматриваться.

— Этот? — Кунай затормозил около высокого тёмного дома с заколоченными ставнями и выцветшим баннером «продаётся». — Сиди в машине, я проверю всё ли тихо.

Он выскользнул из автомобиля и, быстро оглядевшись, одним ловким движением достал кунай. Кроха шевельнулась, и я отвлеклась, а когда снова посмотрела вперёд, мужчины уже не было. Стало холодно и одиноко, будто у меня забрали часть души.