Книга Папа из другого мира, или Замок в стиле лофт, страница 61 – Ольга Коротаева

И вдруг понял, что хотел бы избежать этого. Быть для детей добрым дядюшкой, а не карающим злодеем. И это была лишь одна из многих мыслей, которые диким табуном промчались в моей голове за пару секунд.

— У вас странное выражение лица, – искоса глянув на меня, усмехнулась Флоренс. – Неужели бравый пожарный испугался ответственности? Тогда я вас спрошу: вы не передумаете?

— Нет, – убедительно ответил я, а затем выпалил: – Как вы обычно их наказываете?

— Наказываю? – удивилась она и чуть поморщилась. – Мне бы не хотелось этого делать, но иногда приходится. В основном это серьёзный разговор и некоторые ограничения. – Повернулась ко мне и твёрдо заявила: – Можете отдать эту обязанность мне? Я не уверена, что смогу сдержаться, если увижу, что вы наказываете кого-то из моих детей…

Она нахмурилась и поджала губы, будто ожидая сопротивления и готовясь чуть ли не к битве, а я едва не расхохотался и хлопнул в ладоши.

— С радостью!

— Вот и хорошо, – с облегчением выдохнула она и тише добавила: – Боюсь представить, на что способна, если увижу, как кто-то обижает их. Спасибо, что понимаете. Но будьте готовы к тому, что они будут пользоваться своей безнаказанностью.

— Уверен, что найду способ договориться с каждым, – поспешил я заверить Флоренс. – В конце концов у меня получилось даже Агнесс накормить!

О количестве неудачных попыток и полученных шишек я тактично умолчал.

— Хм, – не повелась мама малышки и наградила меня слишком уж сочувствующим взглядом, но тут же сменила тему. – Кстати о договорах. Мне бы хотелось обсуждать изменения в замке до того, как вы приступите к делу.

— Без проблем, – торопливо покивал я. – Готов всё обсуждать на стадии проектирования и приму во внимание все ваши претензии и предложения…

— Нет-нет, – перебила она и, погладив комод, со смехом призналась: – Я в этом ничегошеньки не понимаю. Более того, точно буду возражать против малейших изменений! Вы должны понять меня, ведь…

Она осеклась и, оглянувшись на тёмную громаду замка, неторопливо пошла по направлению к нему.

— Это ваш дом, – догнав, тихо закончил я за женщину. – Я понимаю, поверьте. Это место, где вы долгое время прожили с теми, кого любите. И хотели бы оставить всё, как было.

— Да, – вздохнула она и продолжила: – Вот только перемен не избежать. Можно сказать, из них и состоит жизнь… И, как ни крути, в большинстве своём они к лучшему. Только это сложно принять.

Она замолчала, и я тоже не знал, что сказать. С одной стороны, мне было приятно, что мою работу так красиво и завуалированно похвалили. С другой — я сочувствовал горю вдовы, которая видела в старой обстановке моменты из прошлой и наверняка счастливой жизни.

В груди неприятно царапнуло, и я помотал головой, избавляясь от странного наваждения и желания наполнить замок (и жизнь Флоренс) не только новой мебелью, но и новыми светлыми событиями, о которых женщина будет вспоминать с такой же лёгкой и немного таинственной улыбкой.

— Прошлое должно оставаться в прошлом, – неожиданно серьёзно заявила Флоренс и, обернувшись, придавила меня тяжёлым взглядом. – Чтобы выжить, нам всем нужно смотреть в будущее. И я благодарна вам за напоминание этого простого правила, Александр.

Я затаил дыхание, а сердце ёкнуло. Несмотря на строгость тона Флоренс, услышать своё имя из её уст оказалось очень приятно. И я хотел бы наслаждаться этим снова и снова, наблюдая за оттенками женского голоса, – от вопросительного или восклицательного до нежного шёпота…