Книга Пункт назначения — Дикий мир, страница 29 – Таша Ким

— Смотри, — Полина провела ладонью по уже высохшей стене, — теперь никакой ветер не продует. И летом внутри будет прохладно.

Наташа, которая как раз замешивала новую порцию «штукатурки», устало кивнула:

— Мы с тобой как первобытные дизайнеры интерьера. Только вместо подсказок у нас — интуиция и память об уроках труда в школе, да студенческая практика.

Пока они заканчивали с домом, у костра сохла их первая керамическая коллекция. Горшки и миски затвердели, но всё ещё были хрупкими и пористыми. Вода впиталась бы в них мгновенно. Чтобы посуда стала прочной и могла держать воду, её нужно было обжечь.

— В учебнике истории писали про обжиг в костре, — вспоминала Наташа, собирая сухие ветки и хворост. — Но я думала, это сложнее.

Полина осмотрела яму, в которой они вымешивали глину. Она была достаточно глубокой и широкой.

— Мы сделаем проще. Уложим посуду на дно, чтобы огонь не касался её напрямую. Сверху немного засыпим землёй и накроем ветками, а потом забрлсаем всё это углями и дадим огню догореть медленно. Глина должна закалиться от жара, а не лопнуть от языков пламени.

Они аккуратно расставили свои изделия на дне ямы: горшки поставили вверх дном, миски и пиалы сложили также. Сверху бережно засыпали слоем земли и уложили слой веток потолще, а затем засыпали всё дровами и хворостом.

— Поджигай, — скомандовала Полина, отступая на шаг.

Костёр разгорелся быстро. Пламя жадно лизало дрова, поднимая снопы искр в вечернее небо. Девушки подбрасывали топливо, поддерживая сильный жар, пока ветки наверху не прогорели и не обрушились вниз, укрыв керамику пылающим куполом. Затем они засыпали яму землёй и углями, оставив лишь несколько отверстий для тяги.

Всю ночь они не спали, прислушиваясь к тому, как потрескивает земля, остывая. Утро выдалось туманным и холодным. Когда они наконец раскопали яму, их ждал успех. Глина из красно-бурой превратилась в твёрдую, звонкую керамику светло-терракотового цвета.

Они выставили готовую посуду у своего дома на большом куске коры. Женщины племени, вернувшиеся от реки, где занимались выделкой шкур, заметили их издалека. Любопытство взяло верх, и они подошли ближе.

— Смотрите, — сказала Полина, ставя на землю самый красивый горшок с высоким горлом. — Это не сломается.

Она взяла небольшой камушек и с силой ударила им по краю горшка. Раздался глухой стук. Горшок остался цел. По толпе женщин пронёсся удивлённый шёпот.

Лия осторожно взяла в руки миску-тарелку Наташи. Она провела пальцем по гладкой поверхности, заглянула внутрь.

— *Хо-ро-шо*, — прошептала она по слогам русское слово, которое выучила раньше всех.

А потом произошло то, чего девушки не ожидали. Женщины племени начали *щёлкать языками*. Это был тот самый звук, который они слышали при первой встрече с Аей — звук высшего одобрения и восхищения. Звук был громким, ритмичным и искренним.

— Кажется, мы официально приняты в клуб мастеров, — шепнула Наташа Полине, улыбаясь до ушей.

* * *

Прошла ещё несколько дней. Напряжение в племени нарастало с каждым днём. Мужчины ушли на большую охоту за свежим мясом и их отсутствие ощущалось во всём: в тишине у костра, в том, как женщины чаще всматривались в лесную чащу.

Полина и Наташа старались занять себя работой: лепили новую посуду, учили детей плести простые корзины из тонких веток. Но их мысли постоянно возвращались к охотникам.