Книга Ульяна. Хозяйка для кузнеца, страница 37 – Таша Ким

— Что случилось? — его лицо стало каменным.

Ульяна только покачала головой и обняла их обоих сразу — мужа и сына. Слёзы облегчения сами собой покатились из глаз.

Матвей молча прижал их к себе своей огромной ручищей. Он ничего не сказал про испачканный сарафан и перепачканного сынишку. Он просто гладил жену по спине огромной ладонью и шептал:

— Всё хорошо... Мы все вместе...

Обратный путь домой всегда кажется короче. Телега, гружёная не только железом и выручкой, но и бесценными мешками с «заморскими диковинами», катилась по лесной дороге. Лес уже полностью сменил наряд. Золото и багрянец клёнов, берёз и осин смешались с тёмной зеленью елей и сосен.

Воздух был кристально чистым, пах прелой листвой, грибами и той особой, терпкой свежестью, которая бывает только осенью.

Тимоша, уставший от ярмарочной суеты, дремал, свернувшись на коленях у матери. Ульяна придерживала сына, нежно похлопывая по спинке, а сама то и дело бросала взгляд на стоящую рядом корзину, в которой лежало настоящее сокровище. Неожиданный, но очень дорогой бонус к ее оптовой покупке у иностранного купца.

Небольшие шелковые мешочки с семенами. Не просто семенами, а семенами той самой свеклы и той самой моркови! Крупные, отборные. Купец, поражённый её напором и энтузиазмом, расщедрился на подарок. «Для такой красависы — всё самое лучшее!» — сказал он на прощание.

Но главным сюрпризом от него была литровая бутылка из тёмного, почти чёрного стекла. Она была запечатана сургучом, а внутри переливалось густое, ароматное подсолнечное масло. Настоящее! Не то конопляное или льняное, к которому она привыкла, а то самое, с запахом жареных семечек.

Ульяна улыбалась своим мыслям. В голове уже вовсю кипела работа, выстраивался план кулинарной атаки.

Первым делом — борщ!— мечтала она. Настоящий! Наваристый! С той самой свёклой, с капустой из нашего погреба и с той самой морковкой. И обязательно с чесноком, сметаной свежей зеленью... Матвей такого точно не пробовал

А потом... винегрет!— эта мысль вызвала у неё тихий смешок. Вот это будет фурор! Картошка, свёкла, морковь, солёные огурцы... Хрустящая квашеная капуста... И всё это заправить... этим маслом!

Она осторожно погладила бутылку.

А на сладкое... тёртый пирог с яблоками и корицей! Той самой, что выторговала у купца с таким трудом. Тесто песочное, как для творожного пая, а начинка... М-м-м... Яблоки - карамелизированные с корицей и сахаром...

Она покосилась на Матвея. Он правил лошадью, его широкая спина была расслаблена. Он что-то тихо напевал себе под нос.

Как же мне повезло», — подумала Ульяна, и волна нежности затопила её сердце. С ним я могу быть собой. Могу творить, придумывать, удивлять. И он... он это ценит.

Тимоша заворочался во сне и что-то пробормотал.

— Что, сынок? — шепнула Ульяна.

— Сказку... — сонно прошептал мальчик, не открывая глаз.

Ульяна тихонько рассмеялась и начала рассказывать ему сказку вполголоса, чтобы не разбудить окончательно:

— Жил-был в тридевятом царстве... маленький лучик солнца. Он был очень любопытный и однажды решил спуститься с неба на землю. Летел он, летел и увидел внизу огромный золотой лес...

Она рассказывала про приключения солнечного лучика в осеннем лесу: как он прятался в багряных листьях клёна, грел нос спящему ёжику и пытался заглянуть в дупло к белке.