Книга Звериная страсть, страница 107 – Лисавета Челищева

На нас снова опускается мертвая тишина. Я легонько поглаживаю его по волосам, будто успокаивая расстроенного ребенка, уткнувшегося в мои колени.

— В то время началась гражданская война между Черноградом и Белоярском. — продолжает Агний. — В такие времена людям не нужны шикарные платья и костюмы. Мой род разорился из-за той войны… Родители Анет выставили ее кандидатуру на выгодный брак с каким-то купцом, торгующим жемчугом. — голос Агния был ровным, отрешенным, каждое слово произносилось так, словно он рассказывал чужую историю. — Я тогда пригласил ее на один из зимних приемов, которые устраивались в Чернограде. Как же я тогда напился, Шура. Никогда раньше я так не напивался.

Воцаряется тишина, я перестаю его поглаживать. От неприятного предчувствия по коже пробегают мурашки.

— Что ты с ней сделал, Агний? Что ты сделал с Анет? — мой рот пересыхает.

— Я лишил ее невинности. Это был первый день после ее венчания. Я принудил ее. И это… — Агний склоняет голову, его скулы заостряются, а плечи напрягаются. — Это положило ей конец. Анет не выдержала позора.

Агний глубоко вздохнул, и его следующие слова были произнесены каким-то чужим, далеким голосом.

— На следующее утро ее тело было выловлено из моря сетями судна, принадлежащего ее мужу.

Мое колечко на пальце становится чересчур горячим, и я не успеваю его толком снять, как оно вдруг разламывается пополам.

Я вскакиваю, в расширенных глазах застыли непролитые слезы. Картина бедной Анет, лежащей бездыханной в морских пучинах, слишком ярко встает передо мной.

Мужчина потянулся взять меня за руки, но ярость прорезала мое нутро, и я отпрянула, отвесив ему звонкую пощечину.

Раздавшийся шлепок гулко разнесся по комнате.

Агний все еще стоял на коленях, его глаза были плотно сомкнуты.

— Прости меня… Я не хотела тебя ударить. Это… проклятье яда, — задыхаясь, проговорила я.

Я отступала назад все это время, пока спина не уперлась в стену. Дыхание вырывалось рваными вздохами.

— Ты еще борешься с этим, Шура. Ты не проклята, — голос Агния был успокаивающим бальзамом в хаосе, который грозил поглотить нас. — Не могу сказать того же о нас.

Пока я спешила по пустынным коридорам усадьбы, слова Агния преследовали меня. Груз его прошлых поступков и бремя приговора, который он оставил в моих руках, тяготили мой разум. Мне было не под силу думать сейчас о вынесении ему вердикта, который он так просил озвучить.

Потерявшись в своих думах, я споткнулась на ступеньках и стремительно подлетела к огромным витражным окнам, обрамлявшим заснеженный лес за окном.

Прижав ладони к стеклу, я попыталась выровнять дыхание, вглядываясь в темноту впереди.

Внезапно раздавшийся удар в окно заставил меня содрогнуться от ужаса.

Сияна, в призрачном подвенечном платье из белого шелка, прижалась ладонями к стеклу, но при этом смотрела она куда-то сквозь меня. Девушка настойчиво постукивала по окну, ее мольбы заглушал ледяной осадок, покрывающий ее побелевшие черты.

В панике я начала искать способы помочь ей, мой взгляд заметался в надежде на выход. В то время как ее стук стал замедляться, а мимика замерзать на глазах…

В углу лестницы мое внимание привлекла маленькая статуэтка ангела. Я подхватила ее и со всей силы метнула в окно, разбивая разделявшую нас преграду.