Книга Море волнуется раз..., страница 4 – Ника Громова

Олеся вздохнула и на секунду зажмурила глаза. Теперь она поняла, почему он так посмотрел, а затем старательно отводил взгляд. Сегодня она даже не надела белье, так как было жарко, и под свободным сарафаном этого не было заметно, по крайней мере, пока он был сухим. Боже, как стыдно.

Да и ладно, что теперь, смирилась Олеся, втягивая соленый морской воздух и шумно выдыхая.

Подумать в тишине и уединении сегодня не получилось и, похоже, уже не получится.

— Арчи, пойдём! — Олеся позвала собаку, подбирая вещи и поводок. — Думаю, что прогулку на сегодня можно заканчивать.

Олеся.

Закрывая за собой серую деревянную калитку, ведущую во двор дома-дуплекса тёти Марины, Олеся думала о том, что всё же хорошо, что она сюда приехала. Здесь всё такое простое, родное и уютное.

Во дворе радовали глаз клумбы с разноцветными яркими ромашками. У дощатого крыльца стояли вазоны с любимыми тетиными сортовыми розами. Грунт здесь был каменистый и мало подходил для выращивания овощей, для этого требовалась теплица с привезенной почвой. Зато на территории росло много цветов и три старых грушевых дерева. Олеся и сейчас могла представить вкус небольших кисловатых груш, за которыми любила лазить в детстве.

Только вот в детстве у этих груш было меньше сухих веток, ведь их регулярно обрезали. Олеся прошлась внимательным взглядом по двору. На досках крыльца стала стираться краска, вазоны уже были кое-где со сколами, а траву давно не косили. Раньше дом был под строгим контролем тёти Марины, но уже становилось заметно, что на многое у них с дядей Мишей не хватает сил. Олеся ощутила, как в груди полоснуло щемящее чувство, давно она не приезжала, а ведь время имеет над всем свою власть. И самое стыдное, что за эти годы она даже ни разу не спросила, нужна ли тёте какая-то помощь.

Арчи давно убежал вперёд и уже прыгал на крыльце, тарабаня лапами во входную дверь. Олеся поднялась по ступеням и впустила собаку в дом. Открыв дверь, она сразу ощутила, как с кухни доносится запах выпечки. Видимо, тётя опять колдует у плиты. Олеся помыла руки и прошла в небольшую кухню.

— О, Лисёнок, вы уже вернулись! — сразу же добродушно защебетала тётя. — Я как раз пожарила блинчиков.

Арчи уселся у стола и, подняв кверху черный нос, заглядывал на хозяйку в надежде на угощение.

— Нет, Арчи, тебе нельзя, доктор сказал, ничего жареного, — терпеливо объясняла псу тётя, включая чайник и выставляя на стол тарелку со стопкой блинов и пиалу с вареньем.

Пес в ответ улегся, положив голову на лапы и сделав самый несчастный вид из возможных в попытке разжалобить хозяйку.

— Ого, спасибо, тетя, пахнет обалденно, — сказала Олеся, подвигаясь к блинам. — А этот негодник Арчи сегодня погнался за чайкой, упал в море и не мог вылезти на валуны.

Тётя обернулась, вытерев руки о передник, завязанный поверх ситцевого цветастого халата, и поправила оправу очков.

— Ох, он что, заставил тебя лезть в холодную воду? Вот же неугомонный пес! Ведь вы оба можете простыть... — Тетя взволнованно оглядела Олесю и пса, только сейчас заметив, что они оба были немного мокрыми.

— Я не была в воде, — с трудом ответила Олеся, так как рот был набит вкусными блинами с малиновым вареньем. — Его вытащил сторож маяка.

— Иван Петрович?..

— Нет, он представился Андреем, — буднично ответила Олеся, прожевав очередной кусок.