Книга Дневник кухарки, страница 21 – Ника Громова

Я всё ещё пыталась его понять. Зачем ему всё это нужно? Стала переставлять тарелки, совсем не понимая, что я делаю, просто занимая руки и словно до сих пор ощущая тепло его касания.

— Может быть, перед тем, как уеду, все-таки прокатить тебя на лошади? Знаю, что Петра ты так и не попросишь, — сказал он, как ни в чем не бывало, словно мы всё это время только верховую езду и обсуждали.

— Хорошо, — ответила я, хотя бы на это я могу согласиться.

* * *

Вдалеке шумел полураздетый осенний лес. Мая топталась на подернутой инеем старой траве, по блестящим бокам волнами проходила дрожь от её движений.

Когда я вышла во двор, Мирослав уже ее оседлал.

— Идём, — он махнул мне рукой и улыбнулся.

Я подошла ближе. Мирослав взял мою правую ногу и поставил в стремя.

— Запрыгивай, — весело скомандовал он.

— Легко сказать, — парировала я.

Я вцепилась в седло руками и попыталась закинуть левую ногу. Естественно, мне это не удалось и пришлось Мирославу подсаживать меня на лошадь, уперевшись в меня плечом и подхватив за талию руками.

Когда я залезла в седло, мне показалось, что я сижу на втором этаже, при этом подо мной всё двигалось и ходило ходуном. Я вцепилась в седло руками изо всех сил, костяшки пальцев побелели.

— Всё хорошо, — подбадривал Мирослав, — Мая смирная, и я её держу. Скажешь, как будешь готова?

Я кивнула несколько раз, но только шумно втягивала ледяной воздух от страха и крепко держалась.

Мае стало скучно и она начала медленно брести вперёд. Я уже жалела, что подписалась на всё это.

— Готова? — спросил Мирослав, внимательно поглядывая на меня снизу вверх.

— Нет, — замотала я головой, страх не уходил, напряжение прочно сковало тело.

— Ладно, тогда давай так.

Мирослав закинул в стремя ногу и сел позади меня на лошадь.

Он обвил меня руками и взялся за поводья. Моя спина оказалась прижата к его груди. Я слышала его дыхание над своим ухом.

Неужели он рассчитывал, что его близость поможет мне расслабиться? Скорее наоборот, теперь моё смятение только усилилось.

— Всё нормально? — его тёмная борода коснулась моего плеча, прошуршав по куртке.

— Да, — сцепив зубы, я силилась выдать хоть что-то.

Мирослав только коротко и хрипло рассмеялся, рассеивая пар от своего дыхания. Его смех вызвал электрическую волну, прокатившуюся в моём солнечном сплетении.

— Не бойся, я тебя держу, — сказал он серьёзно и ласково.

И только тогда я поняла, что это был его способ обнять меня на прощание.

Насколько он сложный человек и как нелегко ему проявлять свои чувства, если он не смог позволить себе просто обнять меня? Или же он решил так выйти из ситуации только потому, что я не согласилась на его предложение?

Эти мысли ещё долго крутились в моей голове после того, как он уехал.

22 ноября.

Первый снег застелил белым покрывалом промерзшую землю. Здесь снег не таял так быстро, как в городе, и долго оставался чистым. Лошади резво скакали по припорошенной лужайке, поднимая в воздух копытами липкие снежные комья.

Глядя на них, я сразу вспоминала нашу конную прогулку с Мирославом. Его голос и смех.

Как же мне его не хватало. Нестерпимо сильно.

Рутина уже не могла поддерживать моё здравомыслие. Я начинала понемногу сходить с ума. Потому что стала ощущать себя так, будто жду, когда Мирослав вернётся к нам домой.