Книга Развод. Коронное блюдо – месть, страница 34 – Саяна Горская

— Я бежать не стану! — Тоже кричу сквозь слёзы. — Хватит! Я пол жизни прогибалась под его желания, но теперь — нет! Всё! Хватит с меня! Мне осточертело плясать под твою дудку, под его дудку! Почему мы должны играть строго в тех рамках, которые обозначил для нас мой муж?! Почему мы не можем придумать собственные правила?!

— Потому что мы пешки, Олеся!

— Это выбор, — цежу через зубы. — Быть пешкой — это такой же выбор. Мы все проиграем, если не попытаемся ничего изменить.

Артём молчит, сложив губы в тонкую линию.

— Мой муж рассказал всему свету о том, что я сумасшедшая. Мне придётся очень постараться, чтобы привлечь его к ответственности. Но ты… Ты можешь мне помочь!

— Как?! — Артём резко взмахивает пистолетом.

— Тёма, нет! — Раздаётся ор от крыльца.

Вова в несколько размашистых шагов преодолевает разделяющее нас расстояние и сшибает Артёма с ног.

Бах!

Выстрел разрезает ночной воздух. Визжу, зажав уши руками и зажмурив глаза. Вова с Артёмом катаются по траве, рыча и переругиваясь.

— Да отвали! Отвали, млять!

— Ты чё удумал, козёл, а? Грохнуть её решил?!

— Не собирался я её убивать! Все живы? Олеся?

Быстро ощупываю себя на предмет повреждений.

— Цела.

— Баран ты, Вова! Нахера так пугать, у меня пушка в руках!

— Я думал…

— Думал он! Баран!

— А зачем ты её… Это самое…

— Отпустить хотел.

— А пушка нахера?!

— Для убедительности! Как знал, что она какую-нибудь дичь выкинет.

— А она?

— Выкинула! — Тёма раздражённо ведёт плечами. — Дура! Что ты предлагаешь, чокнутая?

Я всё ещё не могу прийти в себя после произошедшего. Но пуля, выпущенная «в молоко», словно сняла с паузы все мои застопорившиеся мысли.

— Я… — Не могу выровнять дыхание. — Я предлагаю подыграть.

— Кому?

— Моему мужу. Он ведь хочет, чтобы я умерла. Значит, так тому и быть.

— Я же сказал — нет! Я не пойду на это. Ты должна вернуться и…

— Я вернусь, — перебиваю. — Но сделаю это так эффектно, что Слава умом тронется от неожиданности. Только для достижения этого вау-эффекта мне нужна будет ваша помощь.

Тёма с Вовой обмениваются вопросительными взглядами, едва заметно друг другу кивают.

— Ладно, дурная, выкладывай, чо там у тебя за план.

Слава.

Стены тесного кабинета давят на нервы.

Сижу за видавшим виды столом, расцвет которого пришёлся наверняка на времена существования советского союза, пальцы мои легко постукивают по дереву. Взгляд опущен в пол. Душно мне здесь. Хотя открыты оба окна, чертовски хочется дёрнуть верхнюю пуговицу рубашки и хапнуть воздуха полной грудью.

Дверь открывается, Рокотов заходит в кабинет с большим стаканом кофе в руках.

— А, Вячеслав, вы уже здесь, — садится в своё кресло. — Давно ждёте?

— Минут десять. Вы сказали явиться как можно быстрей, — вглядываюсь в его лицо, пытаясь понять, в каком он сегодня расположении духа. Этот гандон вечно недоволен. — Есть новости о моей жене?

Рокотов молчит.

Долго молчит, сверля меня ответным тяжёлым взглядом.

— Нашли машину, — наконец говорит он и снова делает многозначительную паузу. — Интересная картинка вырисовывается.

— Чего же в ней интересного?

— А вы только этот вопрос хотите задать? Вас не волнует, была ли Олеся внутри?

Растираю глаза, делая вид, что держусь на последней нервной клетке.

— Я просто подумал, что если бы вы нашли её, то разговор сразу пошёл бы в ином ключе. Судя по всему, машина была пуста?