Книга Аккорды смерти в ля мажоре, страница 119 – Елена Бриолле

— Ты хочешь меня загипнотизировать и проделать тот же фокус, который ты проделал с Изольдой и с Францем Шмидом? Боюсь, что в моём случае он не пройдёт. Меня нельзя загипнотизировать.

— Какой же ты наивный, – отозвался Криг. – Я уже тебя загипнотизировал, когда ты нагло явился к нам в белую гостиную. Ты разве не помнишь, как мы с тобой говорили? Конечно, не помнишь… Ладно, хватит терять время. Прощай, Ленуар!

При этом Фабио Криг поднёс инструмент к губам и заиграл.

Ленуар замер. Он слушал мелодию. Какая знакомая. Он её уже слышал. Его рука сама потянулась за револьвером. Он осознавал свои движения, но ничего не мог с этим поделать. Музыка была сильнее его собственной воли. В голове крутились смутные мысли о том, что жизнь невыносима. Рука, сжимающая револьвер, поднялась к виску. Ленуар словно наблюдал за своими действиями со стороны. Криг прекратил играть и теперь просто спокойно наблюдал и ждал, когда сыщик доведёт начатое до конца.

В голове Ленуара одна картинка сменялась другой. Ему вспомнился отец и как он ласково гладил его по волосам, когда Ленуару было четыре года. Затем он будто склонился к нему и прошептал: «Иди ко мне, сынок! Я тебя уже заждался. Хватит мучиться и мучить других. Из-за тебя столько невинных душ погибло». Ленуар сник, но тут же услышал голос Николь: «Я тебя люблю. Ты спас многих людей. Держись, Габриэль! Держись, это сон, это всего лишь сон!» «Что с вами, мсье? Мсье Ленуар!» Сыщик вздрогнул. Это Мадлен звала его еле слышным голосом. Рука почему-то прижимала дуло револьвера к виску. Он разжал пальцы, и оружие упало на каменный пол. По спине пробежал холодок.

— Чёрт! Одна глухая. Второй продолжает сопротивляться. Смотри мне в глаза, полицейский!

Криг снова заиграл на губной гармошке, но Ленуар теперь смотрел на него и не двигался. Отпустило. Значит, прав был Бернгейм!

Ленуар встал и поднялся по лестнице. Криг начал отступать. Он опустил губную гармошку в карман и достал оттуда нож.

— Криг, ты окружён, – сказал Ленуар, – брось эту игрушку. Мы не на сцене!

Ленуар сделал ещё один шаг вперёд. Теперь их с Кригом разделяло два метра. В рукопашном бою Ленуар одержит над противником верх. Он был в этом уверен.

— Бросай свой нож! – спокойно сказал сыщик.

Где-то залаял пёс. Ленуару почудилось, что справа промелькнула чья-то тень. Он обернулся, и у него зашевелились волосы на руках. Криг бросился на Ленуара, и в следующую секунду звук выстрела оглушил тишину кладбища. Ноги Крига подкосились, он схватился за живот и упал на землю, как тряпичная кукла.

— Клеменция, не бросай меня! – шептали его губы.

В проёме входа в склеп на коленях стояла Мадлен. В руках она сильно сжимала револьвер. Девушка тяжело дышала и молча смотрела на Ленуара.

— Мсье, он хотел вас убить, – сказала она и опустила руки. – Он хотел вас убить.

Ленуар обнял Мадлен и крепко сжал её в своих объятиях.

— Девочка моя, тебе нужно согреться. Теперь всё закончилось. Ты меня слышишь, Мадлен? Ты будешь жить, и я тоже.

Париж, 13 июля 1912 года, суббота

Под утро Мадлен увезли в больницу, а труп Фабио Крига забрали в морг. Вскрытие покажет, что импресарио скончался от пулевого ранения в живот. С этим всё понятно. Ленуар отправил мобильную бригаду на обыск квартиры Крига. Анализом его переписки с отцом займётся Симон Курсель. Политическая окраска планов импресарио на Париж выходила из-под компетенции Ленуара. Вернее, для выводов о том, что это опасно, его голова не требовалась.