Книга Очень уютное убийство, страница 55 – Яна Черненькая

— Возможно. Но его, очевидно, еще не использовали.

— Ожерелье принадлежало самой мисс Герасимофф, — заметила Джейн.

— Вы видели его на ней?

— Да. Позавчера.

— Хотел бы я знать, что именно в этой бусине и зачем писателю любовных романов подобные тайники. Или, может, мы далеко не все знаем о мисс Герасимофф? Мисс Стэнли, вы слышали о ней что-нибудь интересное?

— Боюсь, что нет, — показала головой Джейн. — Все, что знала, рассказала вам еще вчера вечером.

— В таком случае, утром попробуем навести справки у леди Макален. Определенно мы не зря сюда сходили. А теперь, мисс Стэнли, позвольте проводить вас обратно и пожелать спокойной ночи. Надеюсь вы достаточно устали, чтобы замок имел шансы простоять хотя бы до утра.

И опять Джейн не понимала, как быть — то ли обидеться, то ли рассмеяться. Какой же невыносимый человек этот Стрикленд. и очень привлекательный, следует отдать ему должное.

Утром Джейн позорно проспала завтрак. Горничная попыталась ее разбудить, но мисс Стэнли только спрятала голову под подушку и что-то протестующе промычала. Проснулась она только ближе к ланчу, и очень долго и тщательно одевалась, изводя горничную просьбами принести то одно, то другое платье. Ей очень хотелось подобрать такой наряд, который был бы одновременно и красив, и удобен. Но в амазонке за стол не сядешь, а платья для приемов были громоздкими и не слишком удобными. В конечном счете Джейн выбрала одно из своих чайных платьев. Кремовое, с неброской вышивкой на лифе. Оно, как говорила матушка, освежала лицо и делало его сияющим — то, что надо для новой встречи с инспектором Стриклендом.

Как назло тетушка усадила полицейского на самый край стола, и Джейн оставалось только время от времени посматривать на него, досадуя, что невозможно толком поговорить. Зато рядом с девушкой находилось место Баррингтона. Писатель был мрачным, как обычно, и как обычно отстраненно-учтив. Однако Джейн решила не тратить время зря и навести кое-какие справки о покойной мисс Герасимофф у того, кто должен знать о ней больше других.

Начав с обычных тем о погоде, мисс Стэнли заметила потом как бы в порядке светской беседы:

— Знаете, мистер Баррингтон, у меня сложилось впечатление, что писатели на деле — нечто большее, чем люди, которые пишут книги и живут фантазиями. Кажется, зачастую это лишь одна сторона монеты, а другая… о, другая может оказаться куда более захватывающей. Не так ли?

— Не понимаю, о чем вы, мисс Стэнли, — холодный голос, лицо даже не дрогнуло, но у Джейн сложилось впечатление, что Баррингтон прекрасно понял, о чем она спрашивает.

— Чтобы писать захватывающие романы, нужно вести довольно насыщенную жизнь. В самом деле, если у вас нет семян и подходящей почвы, то цветок вы не вырастите, разве только какой-нибудь сорняк ветром занесет. Однако ваши книги весьма популярны и интересны. Откуда же берутся идеи и образы?

— Из головы, мисс Стэнли. — Баррингтон явно не хотел общаться на эту тему, но Джейн остановить было невозможно.

— Уверена, в голове у вас появляются идеи не потому, что ветер принес туда семена сорняков. Не скромничайте. Все знают, что ваш дядя — адъютант Чарльза Морлока, и вы нередко бываете у него в гостях. Наверняка дядя рассказывает вам интересные истории, в которых можно черпать вдохновение.