Книга Черный пес замка Кронк, страница 103 – Яна Черненькая

— А мисс Мюррей? Что она? – Уолтер почувствовал глухую злость, направленную на неведомого мистера Фишера. Еще один самовлюбленный щеголь, способный щелчком пальцев разрушить чужую судьбу.

— Сэр, мисс Мюррей – молодая девушка… одинокая и неопытная. Я пытался говорить с ней о том, что происходит… пусть это и не мое дело, только она… сэр… – Радж замялся, явно не рискуя говорить все, что думает.

— И что она?

— Мне не следует об этом говорить, сэр.

— Радж! – Уолтер даже выругался, кипя от негодования.

— Сэр… Мисс Мюррей до того, как сюда попасть, работала гувернанткой, – произнес слуга неохотно.

— Ты уже рассказывал мне об этом.

— Вы ведь знаете, как живут гувернантки.

— И что же? Радж, если ты сейчас же не начнешь говорить понятней, я встану и оборву тебе уши! – пригрозил Уолтер, не понимая, зачем слуга устраивает тайны на пустом месте.

— Вы точно хотите это услышать? Слуге не пристало говорить своему господину подобные вещи. Но так сказала мисс Мюррей…

Де Редверс зарычал и дернулся встать. Зашипел от боли. Выругался. Собственная слабость приводила его в бешенство и отчаяние.

— Она сказала, что за все последние годы только мистер Фишер отнесся к ней как к человеку, – выпалил Радж. – Сказала, что он единственный, кто рад ее появлению, кто слушает ее и понимает. И, сэр… может, если бы вы… если бы вы хоть немного… – Мальчишка опять начал мямлить, но Уолтер уже понял, что он хотел ему сказать.

— Пошел вон!

Де Редверс откинулся на подушки. Злой на самого себя и на мерзавца Фишера.

В голове крутилась та самая проклятая ссора с мисс Мюррей. Потом – слова Раджа. И так по кругу. Ведь Уолтер действительно вел себя как… Что стоило проявить хоть немного мягкости и терпимости… благодарности, в конце концов! Внимания… Но ему так сложно было поверить в то, что мисс Мюррей… Он не чувствовал в себе сил вновь довериться другому человеку, не предполагая корысти и скрытых мотивов. В те дни он в любую минуту был готов в любой момент услышать шаги полицейских на лестнице. Но ничего не происходило. И это казалось чудом, в которое так сложно поверить. Только время показывало, что можно верить. Можно и нужно…

«Я ничего не хочу взамен, потому что не торгую своим словом, так же как честью и совестью!» – вспоминал он ее слова, удивительно похожие на то, что сам Уолтер говорил графу Уилтширу перед дуэлью.

И теперь де Редверс с нетерпением ждал, когда вернется мисс Мюррей, мысленно репетируя, что скажет ей, как попросит прощения. Как попытается объяснить свое поведение, как будет исправлять ошибки…

Солнце скрылось за морем. Наступил вечер. Потом стемнело. Уолтер начал беспокоиться, а девушка все не возвращалась. Не выдержав, он позвал Раджа, чтобы тот помог одеться и спуститься вниз. По приказу хозяина майсурец вынес кресло на веранду.

С удобством устроившись в тени колонн, де Редверс смотрел на темное море и яркие звезды на темно-синем бархате ночного неба, слушал шепот волн и пытался различить звук шагов мисс Мюррей или стук колес повозки – хоть что-то, свидетельствующее о возвращении девушки домой. Тщетно. Радж несколько раз выходил, пытаясь уговорить хозяина вернуться, но тот наотрез отказывался.

Ближе к полуночи майсурец ушел зажигать свои дурацкие светильники. Уолтер терпеть не мог запах жженой куркумы, но приходилось терпеть эту причуду, так как мисс Мюррей в ответ на предложение прекратить потакать суевериям Раджа заявила весьма категоричным тоном, что, пока она хозяйка «Дома на скале», во всех жилых комнатах по ночам будут гореть апельсиновые светильники. И в спальне Уолтера тоже. А если его что-то не устраивает – дверь внизу. Он может ночевать в сарае для садового инвентаря.