Книга Тайна поместья Эбберли, страница 26 – Анна Свирская

— Да, я выросла в городе, и парки у нас были огороженные.

— Пойдёмте. – Уилсон бодро зашагал вперёд. – Покажу, что тут как. К реке или от реки идёшь – сориентироваться просто. К реке всегда небольшой уклон, от реки подъём. Но вот где вы именно к реке выйдете, это вопрос.

Айрис уже гуляла вдоль этих цветников, но дальше не заходила, а теперь Уилсон уверенно вёл её сначала прямиком через лужайку по траве, потом, когда они вернулись на посыпанную белым гравием дорожку, под густую тень старых раскидистых буков. Казалось, что они просто разбросаны по лужайке, а дорожка петляет меж ними, приспосабливаясь, но на деле их расположение было чётко продумано, как и плавные изгибы дорожки.

— Это красивый путь, для прогулок, – пояснил Уилсон. – Но есть быстрее. Им ходят, когда надо поскорее попасть к реке.

— А леди Клементина… – начала Айрис, но потом остановилась в смущении. Такой интерес к чужой тайне, к чужому горю был… Он был не просто неприличным, он был почти низким.

Но Уилсон, кажется, не видел в её вопросе ничего дурного. Для него это, возможно, было то же самое, что рассказывать о руинах монастыря возле Стоктона.

— Леди Клементина пошла быстрой дорогой. Вдоль речушки, а потом во-о-он туда, – указал Уилсон.

— Вы её видели?

— Я-то? Видел как раз. Я был у оранжереи. – Уилсон обернулся.

Айрис тоже посмотрела назад. Оранжерея действительно была хорошо видна.

— Вдоль неё дорожка и бордюр из камня, он мхом зарастает, надо счищать. Я парням помогал, камни эти тяжело ворочать. Мы остановились передохнуть и смотрим: она идёт. К реке, значит…

— А как вы поняли, что к реке? – Айрис не могла заставить себя замолчать.

— На ней рубашка была и юбка синяя, длинная. И шляпа. Теннисные туфли ещё. Она так одевалась, когда лодку брала. А леди Клементина часто плавала. Говорят, с детства любила. Тут, если на середину реки не выплывать, течения почти нет… И с лодкой она управлялась так ловко.

Айрис помнила из газетных статей, что лодку-плоскодонку леди Клементины обнаружили четыре дня спустя в одной из многочисленных проток в устье реки. В лодке стояла дождевая вода, но никаких повреждений не было: не было похоже, что она переворачивалась или с чем-то сталкивалась. Весло было в ней же. И никаких следов леди Клементины. В это же примерно время люди, продолжавшие прочёсывать лес и берега, нашли в зарослях тростника теннисную туфлю – точь-в-точь какая была у леди Клементины.

— Получается, вы были последними, кто её видел? – только сейчас сообразила Айрис, уставившись на Уилсона.

— Да, я и Пит с Сэмом. Садовники. Она быстро так шла… Как будто нервничала или злилась. А про это мы тоже знали: она, когда злилась, на реку уходила. Успокоиться чтобы. Сплавает милю туда, милю обратно – и успокоится. Но она и дальше могла уплыть… Поэтому тогда никто всерьёз не забеспокоился. Она на реке и по три, и по четыре часа могла пропадать. Уже когда темнеть стало, тогда заволновались. Побежали её искать.

Они дошли до следующей речушки или канала, Айрис не знала, как их правильно называть. Настоящего мостика не было: в русле стояли высокие прямоугольные куски гранита. Перебраться на другой берег можно было, ступая по ним.

Айрис перебежала по камням на другой берег, а Уилсон, верный своей роли экскурсовода, добавил: