Книга Вельмата. Длинные тени, страница 80 – Алёна Моденская

Обрушенные стены давно заросли тонкими деревцами и кустами, крыша провалилась, рассыпавшись по полу множеством разнокалиберных обломков, теперь занесённых песком и землёй.

Настя кое-как пробиралась по бугристому рельефу, расставив руки, чтобы не упасть. Кое-где с древних стен сползла штукатурка, открыв облезлые остатки фресок. Деталей уже почти не разглядеть — только овалы лиц, голубой и белый фон, остатки облаков и ещё какие-то малопонятные детали вроде крыльев, руки с крестом, книги в длинных тонких пальцах.

Побродив у стен и посмотрев вверх, на небо, Настя достала телефон. Чуть за полдень. Интересно, Игорь уже уехал? Можно выходить-то?

— Любезная барышня, — раздался где-то рядом хриплый мужской голос. — Можно попросить вас сделать милость?

Настя выглянула из-за выщербленного остатка колонны и увидела грязного деда в старой оборванной одежде. От него метров за десять несло перегаром и нечистотами.

— Не одолжите ли вы пару монет бывшему художнику? — кряхтел дед, почёсывая шею под спутанной бородой. — Нынче большой праздник, надо бы отметить.

— Почему же вы бывший? — спросила Настя, роясь в карманах сумки.

— Ну так это… — Дед почесался под штанами. — Мои таланты нынче не востребованы.

— Это почему? — Настя отдала ему сотенную купюру и стала потихоньку двигаться к выходу.

Дед растянулся в беззубой улыбке, показал кому-то наверху денежку, что дала Настя, подмигнул и весело спросил:

— Видал, а? — Он расправил купюру и щёлкнул по ней.

Настя глянула вверх, не увидела ничего, кроме серого ноябрьского неба над крошащимися стенами и бочком стала отходить от деда.

— Я, милая барышня, умудрился впасть в прелесть. — Дед спрятал деньги в недрах кучи старых курток, висевших на нём слоями, как на луковице. — Пустяковое, казалось бы, дело было поручено — подсказывай, подправляй. Но всегда же хочется как лучше, правда?

— Правда, — тихо произнесла Настя, осторожно ступая по осколкам кирпичей.

— Вот и мне захотелось сделать так, чтоб лучше, чем у других. А мне — щёлк по носу. Мне бы охолонуться, а я — в нервы. Раз выпендрился, два. И всё — крылья долой. — Дед развёл руками, как ведущий ток-шоу, объявляющий рекламу.

— Крылья? — переспросила Настя. От удивления оступилась и чуть не упала. Доли секунды, пока она обретала равновесие, хватило, чтобы увидеть стены расписанными ликами с большими глазами. Люди в ярких одеждах, светящиеся облака, крылья.

— Да, да, всё правильно. Крылья. — Произнёс ровный приятный голос.

Дед исчез, а на его месте появился осанистый невысокий седой мужчина с аккуратной белоснежной бородой и в опрятном брючном костюме. Настя снова оступилась и снова чуть не упала.

— Правда, ста рублей маловато, чтобы их вернуть, — белозубо улыбнулся мужчина. — Зато на костюмчик хватило. Благодарю вас, милая барышня.

— Крылья, сто рублей, — непонимающе бормотала Настя. — Вы вообще кто?

— А кого вы ищете? — красиво изогнул белую бровь мужчина.

— Никого. Я тут вроде как прячусь.

— Да, это хорошее место, чтобы спрятаться, — закивал мужик. — Только от себя не спрячешься. Даже здесь. За сим откланиваюсь.

Он оправил рукава костюма, глядя вверх. Снова кому-то там подмигнул и ровной аристократической походкой направился к выходу. Будто не по старым кирпичам ступал, а по качественной булыжной мостовой. Завернул за остатки дверного проёма и исчез.