Книга Скандерия, страница 44 – Алёна Моденская

Когда группа вернулась в гостиницу, совсем стемнело. При свете фонаря ребята вошли в отель, Истомин снова нёс Лизу на руках. Хотя она немного пришла в себя, идти всё равно не могла, раны на ногах продолжали кровоточить.

В небольшой гостиной у горящего камина сидели Агнесса в неизменно чёрном, Астра в светло-сером спортивном костюме и профессор Грибницкий.

— Ой, привет, – улыбнулась Астра, когда первые ребята вошли внутрь. – Как вы…

Ева, на ходу скинув сапоги и шубку, не обращая внимания на ссадины, упала на колени перед камином и протянула красные негнущиеся пальцы к огню. Истомин положил Лизу на свободный диван. Хуберт, стащив куртку и шарф, сел на подлокотник и уставился в камин. Остальные, сбрасывая одежду прямо на пол, заполнили холл.

— Что случилось? – спросила Астра, округлившимися глазами глядя на Лизу.

— Что случилось?! – хрипло выкрикнула Валя и нависла над Агнессой, тряся рукой с шарфом. – Что случилось?! Нельзя было сразу сказать?!

— Что сказать? – ошарашено спросила Агнесса.

— Что там чудовища!

— Чудовища? – растерянно переспросила Агнесса. – А, из Черноречья? Так об этом информационная служба всем рассказывает. При въезде.

— Я вызвал медиков, – сказал Арнольд, кивая на Лизу.

— Как будто в твоей книжке побывали. – Хуберт, слабо улыбнувшись, взъерошил себе волосы.

— Да, мы там твою родственницу встретили. – Тоня, тоже гревшая руки у камина, обернулась к Агнессе.

— Какую мою родственницу?

— Как её? – Тоня, морща лоб, вопросительно осматривала ребят.

— Иоанна Русакова. – Истомин устало провёл рукой по лицу. Увольнение сияло ярким светом. Как маяк.

— Вы, что, серьёзно? – Агнесса криво улыбнулась.

— А что? – Тоня снова обернулась.

— Нет у меня такой родственницы.

— А вот это кто? – Хуберт поднял с пола открытку из сувенирного набора, который Грибницкий как раз показывал Астре, когда вернулись остальные. В суматохе открытки разлетелись по полу, пока старый профессор бегал за аптечкой для Лизы.

С чёрно-белой карточки угольными глазами смотрело бледное скуластое лицо. Снежно-белые короткие волосы, бантик в петлице. Почти Агнесса.

— Это Варя Гранитова, – подал голос Грибницкий, вместе с Астрой обрабатывающий раны Лизы антисептиком. – Спорная личность. Комиссарша, заправляла здесь в Революцию.

— Но это же была она. – Арнольд взглянул на карточку и вопросительно посмотрел на Истомина.

— Правда, она, – подключилась Валя, тоже заглядывая на открытку через плечо Арнольда. Тимур, посмотрев на фото, закивал.

— Ничего не понимаю, – пробурчал Грибницкий.

— Иоанна Русакова и Варя Гранитова – это одно и то же лицо. Действительно, моя дальняя родственница. Только вряд ли вы могли её встретить.

— Это почему? – спросила Ева, грея у камина спину, пока Астра мазала её колени зелёнкой.

— Она родилась в тысяча девятисотом.

— Почти двести лет назад, – наморщил лоб Арнольд. – Как это возможно-то? Ты нас разыгрываешь?

— Делать мне больше нечего. – Агнесса забрала у Хуберта карточку и собрала остальные, рассыпавшиеся по полу.

В понедельник утром Истомина и Грибницкого вызвала Тамара Александровна.

— Садитесь, – кивнула она на винтажные кресла с бордовой обивкой. – Итак, сегодня утром меня на работе встретило вот это послание. – Тамара Александровна продемонстрировала несколько скреплённых листов. – Если вкратце, эта жалоба поступила из Нового института благородных девиц.