Книга Покров, страница 21 – Алёна Моденская

— Постой-ка. – Отец Павел вышел из храмика с аптечкой в руках. – Знаешь что, – говорил он тихо, почти шёпотом, блуждая взглядом над головой Василисы, – если снова встретишь этого… хм… кролика, не подходи к нему близко.

— Это почему? – Василиса уже успела совсем забыть об ушастом зверьке.

— Он не то, чем кажется.

Василиса открыла было рот, чтобы высказать монашку всё, что о нём думала – что вся его так называемая деятельность – сплошной обман доверчивых бабушек, что ему самому лучше бы пойти работать, хоть на завод или в свинокомплекс, что она терпеть его не может за дружбу с папой, а особенно за то, что они ей не говорят, куда ходят по ночам. Но почему-то передумала. Такая усталость навалилась, что даже ноги вдруг стали ватными.

— Ладно, – бросила Василиса и, развернувшись, быстро пошла прочь от домовой церковки и отца Павла.

Следующее утро началось со звонка смартфона. На треснутом экране высветилось «Диана». Василиса мигом села на кровати и схватила телефон.

— Да?

— Привет, – бодро пропела Диана. – Извини, что вчера не смогла с тобой связаться. Насчёт Даши есть новости?

— Пока нет, – проговорила Василиса, проглотив ком обиды за свои вчерашние приключения, «в награду» за которые Диана даже на звонки не отвечала. – Я спрошу у мамы.

— Ага, спроси. – Диана выдержала паузу. – Ты достала то, что я просила?

— Свечи?

— Тсс, не ори ты так.

— Я не ору. Достала.

— Отлично. Теперь слушай внимательно. Сегодня поедешь в Растяпинск и пойдёшь в больницу к Даше, там отдашь ей одну свечку. Понятно?

— То есть? Как? Я?

— А кто? – Диана говорила так, будто Василиса задавала глупейшие вопросы. – Скажешь, тебя от всего класса послали её проведать. Купишь ей конфет или апельсинов.

— Почему я?

— А свечка-то у кого? – раздражённо спросила Диана.

— А при чём здесь свечки?

— Одну свечку отдашь ей, другую привезёшь потом мне.

— А третью?

— Вот когда отдашь ей первую, мне позвонишь, я тебе скажу, что дальше делать. Всё понятно?

— Да, понятно, – обречённо проговорила Василиса.

— Тогда давай, созвонимся. – Не дожидаясь ответа, Диана отключилась.

Василиса положила телефон на пол и откинулась на подушку. Ночью ей совсем ничего не снилось, и теперь, со всей ясностью в памяти всплыла поездка на разбитом автобусе, беготня по лесу и домовая церковь отца Павла. Эти приключения вполне могли бы показаться лишь ночным кошмаром, но зеленеющие болячки на ладонях и царапины на лице саднили вполне по-настоящему.

Поднявшись с кровати и растерев кожу вокруг ноющего колена рёбрами израненных ладоней, Василиса вязла свой рюкзак и достала три подпаленные свечки. Перекатывая липкие палочки в руке, подошла к окну, за которым на мутном осеннем солнцепёке сохли плетистые розы. На их полив уходило несколько вёдер воды в день, но мама не сдавалась, потому что перевезти сюда семь видов роз стоило немалых трудов, и теперь во что бы то ни стало требовалось отбить их у засухи.

Зачем, собственно, ехать к Даше? Потому что Диана приказала? С какой стати Василиса должна выполнять её приказы? Если отказаться, Диане это, конечно, не понравится. И она, скорее всего, как-то ответит, но чего от неё можно ожидать? Да чего угодно. Идеально вежливая, с прекрасными манерами, отличница Диана хоть и обладала ангельской внешностью, но иногда в её поведении сквозило нечто острое, как бритва. Объяснить это сложно, но где-то тлело понимание, что эта девочка вполне способна отомстить. Допустим, перекрыть для Василисы все каналы общения с ребятами, и ещё два года придётся болтаться здесь в полной изоляции.