Книга Ойме, страница 11 – Алёна Моденская

— Не буду, — пообещала Лёка. Ещё чего — кому-то рассказать такое. Лучше уж сразу в психушку лечь, не дожидаясь санитаров со смирительной рубашкой.

— Вот и славно, — улыбнулся Квиле.

— Тогда до свидания. — Лёка встала из-за стола, кивнула всем сразу и побежала переодеваться. Когда она выходила из «Ойме», зал опустел, а сказочные мазычи исчезли.

Мамины вертикальные сады

Утром Лёка проснулась, когда уже рассвело. Полежала с полминуты, потом резко вскочила, снова плюхнулась на одеяло, свалилась с кресла-кровати, рванула в ванную. И только наспех почистив зубы, наконец-то отчётливо вспомнила, почему она сегодня выходная. Или нет? Или всё приснилось?

В памяти вихрем пронеслись кофевладельцы-мазычи, горящая голова, горький чай Марты, чьи-то сны, черепа. Лёка зажмурилась. Перебирая на ощупь руками, присела на край ванны. Открыла глаза. Вроде всё как обычно.

Умылась ледяной водой. Воспоминания никуда не исчезли. Ну не может всё это быть правдой. Какие ещё ведьмы, бессмертные зомби и огонь вместо волос. Всего этого не существует. Вроде бы. Или существует? А как проверить?

Лёка распустила волосы, причесалась, стала заплетать жгутики и косички. Попыталась рассудить логически. Если всё это вчера было на самом деле, то её на сегодня отпустили. Значит, вызвали сменщицу Марину. Надо просто позвонить и проверить.

Набрав номер Марины, Лёка расхаживала по кухне и слушала длинные гудки.

— А, это ты, — произнёс наконец голос Марины, и она сразу затараторила: — Слушай, ну ты вообще молодец. Могла бы хоть предупредить, что отгул берёшь, а то у меня на сегодня планы были, а Марта на работу вызвала. Ну кто так делает?

— Я это… сама не знала, — промямлила Лёка. — Просто так получилось, извини.

— Ладно, — примирительно произнесла Марина. — Чего звонишь-то?

А вот это Лёка заранее продумать не успела. Но идея появилась.

— Марин, я просто хотела сказать, что там есть одна открытая пачка зернового.

— И что?

— Да ничего, просто. Я её открыла, но ничего так и не сварила. Просто если тебе зёрна понадобятся, то открытая пачка есть.

— А, ну ладно. — Голос Марины стал потише, но и шумы кухни заглохли — видимо, она зашла в подсобку. — Слушай, а чего у тебя случилось-то? Можно же сказать?

— Да ничего, так, — неуклюже попыталась уйти от ответа Лёка.

— С Егором и Каролиной, что ли, мириться поедешь?

Лёка только шумно выдохнула.

— А, ясно. — Судя по голосу, Марина расплылась в улыбке. — Личная жизнь наладилась, да? Ну ладно уж, на первый раз прощу тебе. Но ты особо не привыкай — каждый раз я тебя прикрывать не буду. — За голосом Марины что-то бухнуло, и она торопливо проговорила: — Валерий Алексеич, я работаю, за зёрнами пришла. А что, есть пачка, да? Ну, тогда иду! Всё, пока, потом расскажешь, — прошептала Марина и отключилась.

Лёка положила телефон на кухонный стол. Надо бы позавтракать, да кусок в горло не лезет. Взяв с пола пластиковую бутылку с водой, Лёка подошла к окну и стала размеренно поливать мамин вертикальный сад, переехавший с балкона на кухню.

Из подъезда вышла тётя Тамара в тёплой вязаной кофте, к ней тут же подскочил местный драчливый кот Феофан.

— Ты чего это один-то припёрся? — зычно проговорила глуховатая тётя Тамара. — А ну, давай, собирай остальных!

Феофан убежал в кусты, а тётя Тамара стала расставлять у порога мисочки с едой и молоком.