Книга Ойме, страница 107 – Алёна Моденская

Лёка подняла голову и уже почти услышала, как изо рта вылетали ругательства и проклятия Лолите и всему её окружению, как с улицы послышался громкий шум.

— Чё там? — поддатые гости стали подходить к окнам и отодвигать занавески.

На тёмной улице вдоль тротуара стояли свечи. На одинаковом расстоянии, они крепились прямо к бордюру и горели маленькими огоньками, создававшими в осенней ночи полупрозрачные шары.

— Это ещё чё за хрень? — хихикнула одна из девушек.

Дорожка из свечек вела прямо ко входу в кафе. А у дверей копошилась какая-то тень.

Лолита открыла окно и высунулась почти по пояс.

— Эй! — хохоча, прокричала Лола. — Чё те надо?

Тень выпрямилась и сделала пару шагов назад. Подняла голову. Вместо лица белел череп. Но глаза были человеческими. Это кто-то в гриме.

— Ты кто, чучело? — смеясь, спросила Лолита.

Рядом с Лёкой материализовалась мать Лолиты, которой с утра не было видно.

— Ах ты дрянь, — процедила мамаша Главнова и, оттолкнувшись от подоконника, убежала.

Человек внизу невозмутимо что-то сооружал у дверей кафе. Что-то стучало, кто-то приглушённо кричал. Гости смеялись и кидали в неизвестного в маске угощения со стола. Еда разлеталась по дороге и тротуару, но тот, внизу, не обращал внимания.

Вернулась мать Лолиты.

— Откройте дверь! — потребовала она непонятно у кого.

Некоторые гости оборачивались, но слабо понимали, о чём она говорила.

Главнова подскочила к Лёке и дёрнула её за руку, повернув к себе.

— Откройте дверь! Живо!

— Какую ещё дверь? — проговорила Лёка, вырываясь.

— Входную! — проорала Главнова ей в лицо. А у мамаши Лолиты, оказывается, ожог на лице. Видимо, от кофе со специями.

— У меня нет ключей, — сказала Лёка, пятясь. От груди Главновой, где висел череп, будто вибрация шла.

— А у кого есть?!

Лёка завертела головой. Как на зло, ни официантов, ни Марты видно не было. Даже Квиле куда-то пропал.

— Я схожу, поищу кого-нибудь, — сказала Лёка и побежала прочь из зала.

Оказалось, Главнова топала следом. Они спустились на первый этаж, где было темно и пусто.

— И где охрана, интересно, — процедила Главнова, уперев руки в бока.

— А они тебе не помогут.

Тихо хлопнула дверь, и в зал вошла тень в капюшоне. Тот самый человек с улицы. Из-под капюшона смотрел нарисованный череп.

— Что, не ожидала?

Голос знакомый. Точно, это же Крутова — мать Роберта.

— Ты совсем офонарела?! Впёрлась сюда, праздник Лоле испортила!

— Я испортила? — Крутова засмеялась. — Твой муж убил моего сына. И вы за это ответите. И он, и ты, и твоя дочурка.

— Что?! — прорычала Главнова.

— Ну да, — кротко хихикнула Крутова. — Твой благоверный, кстати, уже отвечает. Они с моим уродом решили помириться, да вот незадача — в виски что-то попало. Что же это было? — Крутова театрально задумалась, коснувшись подбородка. — Ах, да. Метанол. Виски-то палёный оказался.

— Да ты с ума сошла, — шипела Главнова. — Я же тебя удавлю!

— А ты попробуй! — Крутова раскинула руки в стороны.

Главнова кинулась было к ней, но притормозила. Обернулась, глянула на Лёку и злорадно улыбнулась. Мигом оказалась рядом, сгребла Лёку в охапку и развернула лицом к Крутовой, сжимая плечи.

— Только дёрнись, — рявкнула Главнова рядом с ухом Лёки. — И я ей кровь пущу! А ты знаешь, что потом будет!

Лёка попыталась вывернуться, но Главнова только сильнее её сдавила.