Книга Перетворцы, страница 8 – Алёна Моденская

Выйдя на балкон, Батенко посмотрела вниз. Санитары заталкивали носилки в машину. С высоты казалось, они грузили мятый чёрный ком.

Галстук как будто пожёван. Внизу, при осмотре тела она заметила, что на рубашке Газнова верхняя пуговица оторвана. Пиджак аккуратно повешен на спинку стула.

Вмятинка на обоях. Значит, швырнул что-то об стену. Телефон. Под диваном. Евгения Ивановна присела на корточки. «Яблоко» последней модели. Корпус в царапинах, паутина трещин на экране.

— Что-то ещё? – обратилась Батенко к мальчику в форме, всё время бесшумно следовавшему за ней по пятам. Он показал бутылку виски. – Знаю, – отмахнулась Батенко. – Что ещё?

Паренёк покрутил головой, как будто озираясь, подошёл ближе и протянул небольшой пластиковый мешочек.

Евгения Ивановна подняла этот пакетик повыше и стала рассматривать его содержимое на свету. Там оказался огарок красной свечи и проткнутый иглой лист бумаги. Паренёк молча протянул ещё один подобный предмет. В него упаковали сложенный в квадратик листок с написанными красивым округлым почерком строчками. Все слова заштрихованы красной пастой. Ещё там лежала цепочка.

— И что это?

Мальчик пожал плечами и достал из папки буклет с надписью «Артель Перетворцев. Творим судьбы».

— Жена? – спросила Батенко, быстро пролистав буклет.

Парнишка кивнул на выход из комнаты.

«Ты говорить-то умеешь?» – пронеслось в мыслях Батенко.

Резкий запах валерианки. В кресле обмякла женщина в пальто и кожаных сапогах на тонкой шпильке.

Жена господина Газнова уже успела дать кое-какие показания. Выходило, что Газнов, хозяин сети страховых компаний, в последнее время начал вести себя странно – скандалил на работе, а мог и вовсе не появляться в офисе несколько дней. Значительную часть обязанностей переложил на подчинённых, и если бы его замы не имели долей в бизнесе, дело уже находилось бы на краю.

Загадки века в подобном поведении, конечно же, не крылось. Газнов всего лишь завёл любовницу. И намеревался изменить завещание.

Когда Батенко протянула вдове два пакетика со странными мелочами, та побледнела, лицо приобрело желтоватый оттенок. Вскрикнув, она закатила глаза и запрокинула голову.

Далее на сцене появилась та самая любовница Газнова. Она фурией влетела в квартиру и осыпала вдову шквалом брани, чем и привела её в чувство.

Девица вызывала у Батенко отвращение, однако именно она дала важное пояснение. Когда Батенко показала ей «загадочные» предметы, та явно занервничала.

— Ну, понимаете, он никак не мог развестись, а я хотела… в общем… – Девица засунула ноготь в рот, что сделало её похожей на девчонку из детского сада. – Я ходила к Перетворцам, и вот…

Чуть позже одна из соседок шёпотом рассказала, что и вдова обращалась к этим Перетворцам. Они даже приходили в дом, что-то распевали, жгли бумагу, брызгали водой.

Батенко открыла глаза и снова оказалась в своём кабинете. Сосредоточиться не получалось. Дело Газнова становилось прозрачным, как калька, и через белёсую завесу просвечивали собственные проблемы. Может, у Славки тоже такая вот пигалица…

Евгения Ивановна снова закрыла глаза и покрутила головой, разминая мышцы шеи. Так. Газнов. Пятьдесят один год. Двое взрослых детей, живут отдельно. Жена – хозяйка салона красоты. Дашка там раньше маникюр делала. И стрижки. Интересно, где она теперь марафет наводит? Ну, в Нижнем-то салонов больше, есть из чего выбрать. Батенко машинально «завязала узелок» на память – позвонить старшей дочери.