Книга Мазыйка. Приговорённый город, страница 74 – Алёна Моденская

— Я думаю, если мы придём вместе, она не расстроится, — еле слышно прохрипел Новиков.

Кое-как выпрямился, встряхнулся и, придерживая руку, поковылял вниз по лестнице.

Рука почти не шевелилась, каждое мелкое движение отдавалось болью аж до спины. Но пришлось топать. Игнатьев шагал рядом, делая вид, что просто держал руку в кармане. А Новиков знал, что одно неверное или подозрительное движение — и он не жилец. Составит компанию скелету Василию, чтоб его. Чтоб его — что? Чем можно пригрозить давно умершему персонажу, который после смерти превратился в гуляющего скелета? Хорошо, что не в упыря, а то Новиков и таких видал.

— Так из которого ты года? — нарочито небрежно спросил Игнатьев.

— Две тысячи двадцатые, — уклончиво ответил Новиков.

— И что там интересного?

— Много чего. — Новиков прошёл одну улицу, свернул на другую, где было больше оставленных домов. — Телефоны есть у всех и каждого. И не такие, как сейчас.

— А какие?

— А я тебе скоро покажу, какие. Тебе понравятся.

Дальше некоторое время шагали молча. Палисадники становились гуще, деревья более раскидистыми, улицы и тротуары окунались в тень. Люди уже оставили эти дома, и за растениями никто не ухаживал.

— Что ещё? — спросил наконец Игнатьев.

— Компьютеры.

— Это ещё что?

Новиков только вздохнул. Зря он это сказал. Не в его шатком положении объяснять человеку из прошлого, что такое компьютер.

— Машины такие. Чтобы считать, писать, рисовать. Формы, документы, базы данных. Можно ещё искать всякую информацию где хочешь. Можно позвонить другому человеку в любую страну и разговаривать, причём видеть друг друга на экране.

Игнатьев в ответ только хмыкнул.

— А ещё кругом будут стоять маленькие такие камерки, вроде киношных, которые будут всё снимать и записывать. И легче будет ловить преступников.

— Хорошее будет время, — произнёс Игнатьев. Непонятно, правда, с каким настроением.

— Хорошее, — согласился Новиков. — Только вот такой вкусной мясной колбасы уже не будет. И конфет. Но и очередей тоже не будет. Хотя продуктов полным полно, только выбирай.

— Всеобщее равенство и изобилие? От каждого по способностям, каждому по потребностям?

— Изобилие — это да. А вот с равенством не очень. — Про потребности и способности Новикову сейчас рассуждать не хотелось.

— Так что, будут наши дети жить при коммунизме? — спросил Игнатьев, и Новикову показалось, что он говорил насмешливо.

— Не будут, — честно ответил Новиков. Рассказывать про развал Союза на всякий случай не стал, да Игнатьев и не спрашивал.

Так, вдвоём они добрались до частного сектора, где почти все дома были или оставлены хозяевами, или перенесены на новые места. В общем, стены и крыши ещё кое-где сохранились, а вот люди уже разъехались. Если Игнатьев решит избавиться от Новикова здесь, то его останки никогда не найдут. Разве что он сам сможет являться особенно чувствительным персонажам в образе Скелета. Есть скелет Вася, а будет ещё его товарищ Федя. Интересно, где этот Вася модную одёжку себе достаёт, и есть ли там вещички на размер Новикова.

Новиков брёл мимо заборов, придерживая вывернутую Игнатьевым руку. Чекист следовал за ним, как конвоир. Хотя почему «как». Ведь именно так всё и происходило, и непонятно к какому финалу двигалось.