Книга Мазыйка. Приговорённый город, страница 63 – Алёна Моденская

— На семь, — проговорил Антон, продолжая хмуриться. — Я им помогу с мебелью, а потом какой-то их знакомый отвезёт всё в Кулибин.

— Они туда решили переехать? — уточнил Новиков.

— Ну да. Квартиру, говорят, купили.

— Уже купили? — недоверчиво спросил Новиков.

— Ну да, — со вздохом повторил Антон. — Компенсацию им уже выдали. А дом остаётся здесь, но им разрешили в нём жить, пока почта полностью не закроется.

Новиков не стал спрашивать вслух, кто выделил Кравчукам достойную компенсацию и разрешил жить в выкупленном государством доме. Ясно же, что почивший отец семейства.

Антон даже рубашку к вечеру постирал. Правда, всё бубнил про неимение стиральной машины и порошка. Потом долго и громко сетовал на отсутствие утюга, так что Новикову даже пришлось тащиться к Иде Кашиной и просить агрегат напрокат. Она как раз варила клубнику в тазу на костре, прямо во дворе.

— Чего урожаю пропадать, раз он уже вырос, — улыбалась Ида, вручая Новикову утюг и большую банку сливового компота.

— Спасибо, завтра же вернём, — пообещал Новиков и отправился домой.

Антон сразу сориентировался, как греть утюг на газовой плите. Ладно, не такой уж он привыкший к комфорту, мозги от наличия удобств не отключились.

— Жаль, одеколона нет, — ворчал Антон, надевая выглаженные брюки.

— Ты бы поосторожнее, — предупредил Новиков. — Нам ещё возвращаться. Твоей Эмме в нашем времени сколько будет лет?

Антон помрачнел, как будто Новиков ему чуть ли не оплеуху отвесил.

— Может, мы вообще здесь останемся, — буркнул Антон.

— Вряд ли, — покачал головой Новиков. — Не знаю, чем это наше приключение закончится, но закончится оно точно не здесь.

— Откуда ты знаешь? — снисходительно спросил Антон.

— Интуиция, — просто ответил Новиков. — Ну что, пошли?

— Как будто с мамкой за ручку на первое свидание иду, — бубнил Антон, выходя в подъезд.

— Твоя мама водила тебя на свидания? — не поверил Новиков.

— Ну, не водила, — признал Антон. — Но пару раз подглядывала.

— За тобой нужно было присматривать, — произнёс Новиков, припоминая жутковатые истории о разбитной юности Антона, которые закончились в подвале их дома, куда непутёвого сына запер отец.

— Я с тех пор повзрослел, — через плечо сказал Антон, спускаясь по лестнице.

— Главное, чтобы ты поумнел, — улыбнулся вслед ему Новиков.

Они вышли на залитую янтарными лучами улицу. Деревья шумели густой листвой, цветы в палисадниках радостно покачивали яркими головками. Широкие тротуары с бордюрами и ни соринки кругом.

— Смотри, как классно, — говорил Антон, указывая на симпатичные невысокие дома с наличниками, карнизами и пилястрами. — Неужели тебе не жалко?

— Мне жалко, — признал Новиков. — Не я же решаю.

— Может, и ты.

Новиков помолчал. Ему совсем не нравилась эта странная Антонова идея о какой-то их высшей миссии в этом городе и этом времени.

Если Новикова просто закинуло сюда, чтобы преступление было раскрыто, то это ещё можно понять. Хотя Игнатьев бы и сам справился. Хотя, с другой стороны, выходит, что не справился бы.

И тем не менее. Ну не верил Новиков ни в какое прогрессорство, или как там. По крайней мере, по отношению к себе самому. Не он должен учить это время жизни, а скорее, наоборот.

Пусть здесь и нет того комфорта и изобилия, как в будущем, зато соображалка у людей работает на порядок лучше. И память, и внимательность без телефонов сильнее развиваются.