Книга Крёстные матери. Женщины Коза ностры, Каморры, Ндрангеты, страница 59 – Алекс Перри, Фелия Аллум

После того как Рокко попал в тюрьму, отец Джузеппины, Сальваторе, велел ей, как и Кончетте, сидеть взаперти дома. Он отказался отпускать ее в колледж, разрешить развод с Рокко или продолжить уроки игры на фортепиано. «Ты никуда не пойдешь, – кричал он. – Ты будешь заперта в доме». Способом Джузеппины сохранить хоть какую-то автономию стало вступление в семейный бизнес. За несколько лет она стала передавать сообщения между боссами в тюрьме, отмывать деньги и курировать сбор пиццо. Позже она говорила, что ей не нужно было объяснять, что делать. «Я жила в этой семье. Я дышала этим – превосходством, властью и привилегиями. Я знала, потому что была там. Я всегда знала, с самого детства».

С каждым годом Джузеппина все глубже постигала Ндрангету. Она прекрасно знала ее структуру власти. Номинальным главой клана был дядя Джузеппины, Антонино. Однако, поскольку он сидел в тюрьме, текущими делами занимались другие. По праву первородства первым кандидатом на замену Антонино должен был стать отец Джузеппины, Сальваторе. Но Сальваторе никогда не был лидером: с детства его прозвище было «u babbu» – шут, клоун. Мантия лидера вместо этого легла на плечи сына Антонино и кузена Джузеппины, Франческо «Чиччо» Пеше, вспыльчивого человека, склонного к гневным и жестоким вспышкам, который обладал абсолютной властью вместо отца.

Ндрангета управлялась как автократия. Но позже Джузеппина будет настаивать, что это была власть, добровольно принимаемая ее подданными. В Ндрангете тирания воспринималась как эффективное лидерство, и именно она требовалась для обладания и удержания власти. Однако в основе, говорила Джузеппина, ндрина была коллективом. «Они решали вместе, как семья, кто получал государственные контракты, кто занимался вымогательством, кто курировал торговлю наркотиками. В этом сила клана – что мы все вместе, члены семьи».

Внутри ндрины от пиччотти вроде Джузеппины ожидали помощи в любом необходимом качестве. Ее работа давала Джузеппине всесторонний взгляд на империю Пеше. Дом ее 78-летней бабушки, Джузеппы Бонарриго, часто служил оперативной базой и местом встреч. Там семья долго обсуждала деликатный вопрос о том, сколько пиццо брать. Молодые мужчины склонялись к тому, чтобы выжимать из всех как можно больше, однажды даже вымогая билеты для всей семьи у приезжего цирка. Старшие мужчины предостерегали от перегибов, утверждая, что разорение бизнеса никому не выгодно. Другим пунктом обсуждения было то, как делить добычу. Джузеппина видела, как многие пиччотти пытались сопротивляться передаче своих доходов в общий семейный котел, как того требовали правила. Однако все соглашались, что от уплаты пиццо не может быть исключений. «Посторонний не может сказать нет, потому что боится, – сказала Джузеппина. – Мужчины шли и просили деньги, словно оказывали людям услугу. Но все знали, что отказать нельзя».

Джузеппина узнала и другие стороны бизнеса. Ее отец Сальваторе, кузен Чиччо и муж Рокко перевозили кокаин через порт Джоя-Тауро и прятали пакеты в доме, готовые к дальнейшей транспортировке. Однажды, пробираясь через бесконечные дорожные работы на трассе А3 из Реджо-ди-Калабрии в Салерно, ее брат показывал, какие участки принадлежат Пеше, а какие – другим кланам. Правила Ндрангеты также требовали, чтобы у каждого клана был запас автоматических винтовок и пистолетов. Рокко и его брат закопали арсенал Пеше по всему городу, завернув оружие в пластик и изоленту. «Мы готовы к войне», – любил говорить Рокко.