Книга Комната кошмаров, страница 94 – Артур Конан Дойль

Назавтра меня чуть свет разбудил легкий стук в дверь моей спальни. Это был посыльный с запиской от Мортимера.

«Приходите, – гласила записка. – Дело приобретает все более странный оборот».

Явившись на его зов, я застал Мортимера возбужденно расхаживающим взад и вперед по Центральному залу, в то время как старый солдат, охраняющий музей, стоял навытяжку в углу.

— Дружище Джексон, – воскликнул Мортимер, – как же я рад, что вы пришли! Тут происходят совершенно необъяснимые вещи.

— Так что же случилось?

— Вот, взгляните, – сказал он, махнув рукой в сторону витрины, где лежал наперсник.

Я взглянул – и не смог сдержать возгласа удивления. Теперь и у среднего ряда драгоценных камней была повреждена оправа точно так же, как у верхнего. Кто-то грубо приложил руку к восьми камням из двенадцати. У четырех нижних камней оправа была ровной и гладкой. У всех остальных – неровной и зазубренной.

— Камни не подменили? – спросил я.

— Нет, я уверен, что эти четыре из верхнего ряда – те же, которые признал подлинными эксперт. Вчера я обратил внимание на это маленькое светлое пятнышко сбоку у изумруда. Раз воры не подменили верхние камни, не думаю, чтобы они подменили средние. Значит, вы ничего не слышали, Симпсон?

— Нет, сэр, – ответил сторож. – Но когда я делал на рассвете очередной обход, я специально подошел посмотреть на эти камни и сразу увидел, что кто-то их трогал. Тогда я кликнул вас, сэр, и сообщил вам об этом. Ночью я делал обходы и не видел ни души, не слыхал ни единого звука.

— Пойдемте позавтракаем, – предложил Мортимер и проводил меня в свои личные апартаменты. – Ну, что вы об этом думаете, Джексон? – спросил он.

— Это самая бессмысленная, пустая и дурацкая затея, о которой я когда-либо слышал. На такое способен только маньяк.

— Можете ли вы выдвинуть какую-нибудь гипотезу?

— Мне пришла в голову любопытная мысль. Послушайте, ведь этот предмет – иудейская реликвия, очень древняя и почитаемая священной, – сказал я. – А что если это дело рук антисемитов? Предположим, какой-нибудь антисемит-фанатик решил осквернить…

— Нет, нет, нет! – воскликнул Мортимер. – Эта версия никуда не годится! Такой фанатик мог бы в своем безумии не остановиться перед уничтожением иудейской реликвии, но с какой стати стал бы он так тщательно обцарапывать оправу вокруг этих камней, что ночи ему хватало только на четыре камня? Нам нужна подлинная разгадка, и найти ее должны мы сами, потому что наш инспектор, боюсь, плохой помощник в этом деле. Прежде всего, что вы думаете о Симпсоне, нашем стороже?

— У вас есть какие-нибудь основания подозревать его?

— Никаких, помимо того, что это единственный человек, который остается ночью в музее.

— Но зачем ему заниматься столь бессмысленной порчей? Ничего ведь не украдено. У него нет мотива.

— Мания?

— Нет, с головой у него все в порядке, готов поручиться.

— Есть у вас еще кто-нибудь на примете?

— Вот вы, например. Вы случайно не страдаете сомнамбулизмом?

— Боже упаси!

— Тогда я сдаюсь.

— А я – нет, и у меня есть план, который поможет нам докопаться до истины.

— Наведаться к профессору Андреасу?

— Нет, мы найдем разгадку ближе, чем в Шотландии. Знаете, что мы с вами сделаем? Помните то окно в потолке центрального зала? Мы включим в зале все электрические лампочки, а сами станем наблюдать из чулана, и загадка разрешится. Если наш таинственный гость за один раз справляется с четырьмя камнями, есть все основания считать, что сегодня ночью он вернется, чтобы завершить свою работу.