Книга Комната кошмаров, страница 84 – Артур Конан Дойль

Уот был прекрасным наездником в легком весе – чуть меньше десяти стоунов ^[37] вместе с седлом, а его лошадь – мощным животным с такими ногами и грудью, что хоть лейб-гвардейца на нее сажай. А потому неудивительно, что едва ли кто мог идти с ним вровень. Он ждал, слушая крики егеря и удары хлыста, и иногда замечал в темной чаще мелькнувший хвост или бело-коричневый бок. Свора была хорошо обучена, и ни один звук не выдавал, что поблизости работают сорок гончих.

И тут вдруг одна из них подала голос, затем вторая, третья и еще, пока через несколько секунд вся свора с лаем не бросилась по свежему следу. Дэнбери видел, как псы пролетели по просеке и исчезли в чаще, а через мгновение сверкнули три красных мундира рванувших за ними егерей. Он мог бы срезать путь по другой просеке, однако боялся опередить лису, поэтому поскакал за старшим егерем. Они мчались галопом, вытянувшись в одну линию и прижимаясь лицом к лошадиной гриве, чтобы не пораниться о ветки.

Сами знаете, как неприятно скакать в темноте по торчащим корням, но можно рискнуть, если видишь несущуюся по свежему следу стаю. Наконец лес начал редеть, и они оказались в лощине, где протекала река. Там было открытое место, везде трава, так что гончие оторвались ярдов на двести и неслись вдоль реки. Поехавшие в обход леса охотники скакали по полю слева, но Дэнбери с егерями шли далеко впереди и не теряли след.

Из остальных их нагнали только двое – пастор Джеддс на огромном гнедом жеребце в семнадцать саженей, который был у него тогда, и сквайр Фоули, весивший как перышко и покупавший своих лошадей из числа забракованных чистопородных на аукционе в Ньюмаркете. Остальные так и не смогли их догнать, потому что собаки не теряли след, не сбивались и не кружили, а просто неслись себе вперед. Если провести карандашом линию на карте, то она оказалась бы не прямее направления бега лисицы, летевшей к меловым холмам Саут-Даунс и к морю, а гончие шли так уверенно, словно видели добычу с самого начала, однако никому не удалось даже глазком взглянуть на лису, да и никто из местных не подал намека, что заметил ее. Что, впрочем, было неудивительно, поскольку если вы бывали в тех местах, то знаете, что жителей там не так уж и много.

Итак, вперед вырвались шестеро: пастор Джеддс, сквайр Фоули, егерь, двое псарей и Уот Дэнбери, который к тому времени напрочь забыл о головной боли и о докторе и думал только о загоне. Все шестеро мчались во весь опор. Один из псарей немного придержал лошадь, потому как гончие начали отставать, так что их осталось пятеро. Потом притомилась чистопородная лошадь Фоули, что часто бывает с тонконогими породистыми животными, когда их гоняют по неровной местности. Но остальные четверо все так же неслись вперед и вскоре одолели четыре или пять миль вдоль реки. Зима выдалась снежная, и река разлилась шире обычного, поэтому они то и дело скользили по лужам, но, когда достигли моста, остальные охотники скрылись из виду, и им пришлось продолжать одним.

Лиса уже миновала мост – лисы, как и люди, не любят плавать в холодных реках – и оттуда что есть мочи рванула на юг. Местность там неровная, сплошные поросшие вереском холмы, все время то вверх, то вниз, и трудно сказать, что лошадям труднее дается – подъем или спуск. Такой рельеф в самый раз для лошади с короткими спиной и ногами, но для крупного, с широким шагом охотничьего коня, распространенного в центральной Англии, – сущее наказание. Гнедой пастора Джеддса скис, и хотя пастор – сам заядлый охотник – применил ирландский прием, взбегая на холм вместе с лошадью, все оказалось без толку, и ему пришлось сойти с дистанции. Поэтому вперед продолжали нестись трое: егерь, псарь и Уот Дэнбери.