Книга Визитёр из Сан-Франциско, страница 75 – Иван Любенко

Эдгар Сноу проснулся, кивнул Ардашеву, молча оделся и вышел из вагона. До прибытия на вокзал Роттердама оставалось меньше часа. Когда американец не вернулся в купе через пятнадцать минут, Клим Пантелеевич выглянул в коридор. Эдгара нигде не было. Тогда он решил проверить тамбур. И оказалось, что наружная дверь была приоткрыта, и на внешней стороне ручки болтался лоскут сорочки молодого американца. Частный сыщик сорвал пломбу и повернул рычаг c надписью «Notbremse»^[54]. Поезд вздрогнул, запищали колёса, и вагон начал останавливаться. К Ардашеву по коридору, тряся животом, бежал взволнованный кондуктор.

— Что случилось? – запыхавшись, по-немецки воскликнул толстый кондуктор с бритым лицом. – Почему вы включили аварийный тормоз?

— Потому что исчез мой сосед по купе. Он вышел в тамбур и пропал. Дверь, как видите открыта, а на ручке остался кусок материи от его рубашки. Я думаю, что его сбросили с поезда.

— Или он сам выпрыгнул, – предположил только что подошедший обер-кондуктор. Самоубийцы почему-то выбирают именно этот отрезок пути, когда остаётся пятьдесят пять километров до Роттердама.

— Он не самоубийца.

— В любом случае, поезд не может долго стоять. Мы нарушим расписание и создадим затор. Согласно инструкции, в подобном случае мы лишь обязаны известить о случившемся полицию, а вещи пропавшего пассажира сдать в камеру хранения, оставив квитанцию в участке.

— Что случилось, шеф? – откуда-то сзади послышался голос Войты.

— Эдгара сбросили с поезда. Вацлав, я сейчас вернусь в купе, прихвачу паспорт, деньги и отправлюсь на его поиски. Мои вещи и, если получится чемодан Вацлава, заберите с собой. По словам Лилли, номера заказаны в «Маас-отеле». Там я вас и отыщу.

— Шеф, давайте наоборот. Вы поезжайте в Роттердам, а я буду искать мистера Сноу.

— Нет, Вацлав. Не прекословьте. У меня мало времени. Объясните всё Баркли. Будьте внимательны и осторожны.

Клим Пантелеевич поспешил в купе и вскоре вернулся в тамбур уже в пальто. Поезд в этот момент начал двигаться со скоростью черепахи. Частный детектив отворил дверь.

— Куда вы? – расширив от ужаса глаза, воскликнул кондуктор.

— Хочу прогуляться, – усмехнулся Ардашев и спрыгнул с подножки на насыпь.

Частный детектив дождался, пока состав проедет, и зашагал назад по железным шпалам. Они, в отличие от России, состояли из тонких выпуклых стальных пластин, прикреплённых к рельсам винтами. Лес в Голландии был дороже металла.

Пахло паровозной гарью. По бокам железнодорожной дороги росли громадные липы. Через пять километров вдали появился человек, бредущий по насыпи навстречу. Опираясь на палку, в разорванной сорочке и таких же брюках, он прихрамывал на правую ногу. В незнакомце угадывался Эдгар Сноу. Увидев Ардашева, он попытался от радости ускорить шаг, но, видимо, быстрая ходьба причинила ему боль, и он вновь пошёл медленнее.

— Очень рад, Эдгар, что вы живы, – приблизившись, выговорил Ардашев.

Американец расплакался и обнял Клима Пантелеевича. Тот, похлопывая его по плечу, успокоил:

— Ну-ну, дорогой мой. Всё уже позади. Главное, вы живы… Сядьте, пожалуйста. Мне нужно осмотреть вашу ногу.

Утерев слёзы, Эдгар с трудом опустился на насыпь.

— Так… Тут больно?

Американец вскрикнул и нервно взъерошил волосы.