Онлайн книга «Конкурс киллеров. Красота спасет мымр»
|
— Трудно, что ли, пробу поставить? – пожал плечами Серый. – С виду подделки ничем не отличались, только химический анализ мог обнаружить, что золото в них – не заводское. — Так откуда же оно взялось? – опять не выдержала Ирка. — Ну, к примеру, намыла втихаря какая-нибудь самодеятельная артель… — Или с завода украли, или из радиодеталей выплавили – я слышала, бывает и такое, – снова вмешалась я. – А то еще могли просто переплавить ворованное «рыжье»! — Тоже верно, – кивнул Серый. – Давайте не будем углубляться в технические подробности, с этим сейчас разбираются специально обученные люди, а мы с вами просто примем как факт: господин Раевский много лет подряд с большим размахом торговал ювелирным «леваком». Обратите внимание, это очень важный момент! — Кстати, а почему он вдруг стал Раевским? – задала я вопрос, давно меня мучивший. — Очень просто: он женился на двоюродной сестре Сташевского, Марине Раевской, и взял ее фамилию. Редкий случай в практике работников загсов, но ничего противозаконного в нем нет. Брак Аркадия и Марины не сложился, и через некоторое время супруги развелись, но экс-Косорылко как однажды взял, так и оставил себе навсегда красивую фамилию жены. — Вроде как Попкин – Бэк. Ладно, дальше-то что? – Ирка от нетерпения начала грызть ногти. Выражение лица у нее было такое же, как при просмотре увлекательного телесериала. — Дальше? Дальше Гжегош Сташевский на сколоченный с помощью Каши и безымянного почтового голубка капиталец открыл в Лодзи маленькую кондитерскую… — Гжегош открыл кондитерскую? – недоверчиво ахнула я. – Быть того не может! Да он чай пил без сахара! С черствыми гренками без масла! — Сугубо из экономии, – отмахнулся от меня Серый. – Как только необходимость скаредничать отпала, он дал себе волю. Между прочим, со временем растолстел на своих плюшках, как кабан! Но вернемся к нашим… гм… баранам. Пути Данилова и Усова после окончания университета тоже разошлись, Владимир попал по распределению в Институт маслично-жировых культур, Антон – в НИИ птицеводства. Данилов со временем защитил кандидатскую, но ни громкой научной славы, ни особого достатка не приобрел, а про Усова вы и сами знаете, перебивался он с хлеба на квас, пока совершенно случайно не наткнулся на эту свою… как ее… эйху… нет, эйхер… — Эй-хор-ни-ю, – проявляя безграничное терпение, отчетливо произнесла я по слогам. Да что у мужиков такое с мозгами, ни один не может правильно произнести такое простое слово, все сбиваются на ругань?! — Точно, – благодарно кивнул мне Серый. – Вот эта эйхур… как ее там, она их и свела. Усов в порядке эксперимента добровольно взялся очистить загаженный стоками пруд у НИИ птицеводства, а там Данилов как раз бился над проектом «Кубанский страус». Проект казался многообещающим, поначалу в него вложили неплохие деньги, но очень скоро финансирование прекратилось, и Данилов остался со всеми своими страусами на руках и без копейки денег. Тут кто-то мудрый нашептал ему в ушко, что деньги на продолжение работы можно получить, потихоньку продав одного страуса некоему эксцентричному «новорусскому» богачу. Данилов подумал-подумал и решился, продал птичку за хорошие деньги – кому бы вы думали? — Аркадию Раевскому, – уверенно сказала я. – Он же на экзотическом зверье помешан просто! Я только одного не пойму, если именно он был первым покупателем птички, почему его фамилия оказалась в середине «страусиного» списка? |