Книга Марш-бросок к алтарю, страница 97 – Елена Логунова

Однако пришла Тоня не одна. Увидев ее со спутницей, я заволновалась. Тонина спутница была высока, плечиста и мускулиста, как античный герой. Если бы у Геракла была сестра-двойняшка, она выглядела бы именно так! Я подумала, что аппетит столь могучей женщины наверняка соотносится с употребленным Тоней глаголом «поклюем» примерно так же, как новогодняя хлопушка с ядерной бомбой, и забеспокоилась, хватит ли мне денег, чтобы оплатить обед на три персоны.

— Это Сусанна, она знает Пущина, — Тоня сразу же обосновала присутствие дополнительной нахлебницы. — Сусанна, это Инна.

Мы обменялись рукопожатиями, причем Сусанна стиснула мне руку так, что мои пальцы слиплись, как замороженные сосиски в брикете. Я протестующе пискнула, и новая знакомая виновато пробасила:

— Ох, простите, не рассчитала!

— Сусанночка — чемпионка округа по гиревому спорту! — похвасталась Тоня. — Не поверишь, она гнет стальные вилки и может раздавить в кулаке кокос!

Я уже успела пролистать меню — кокосов в нем не было, и столовых приборов нам тоже пока не принесли, Поэтому, чтобы не искушать Сусанночку с ее разрушительными порывами, я убрала подальше руки и предложила дамам определиться с заказом.

— Ой, я не голодная! С утра дважды позавтракала и еще кофе пила, так что мне что-нибудь символическое, на один зуб, — кокетливо прочирикала Антонина.

— Например, блинчики с малиной в клубничном сиропе или венские вафли с мороженым? — проницательно предположила я.

Я давно заметила, когда женщина говорит, что она кушает, как птичка, обычно имеется в виду продолжительность процесса приема пищи во времени: птички, если судить по голубям и курам, едят с утра до вечера без перерыва, и сплошь калорийные углеводы!

— И кофе со сливками, — кивнула Тоня, одобрив блинчики с вафлями в комплекте.

Себе я заказала вареники с вишней. А вот сестрица Геракла меня удивила! Она отказалась от всякого угощения, смущенно объяснив:

— У меня с собой.

После чего достала из сумки, в которую запросто поместились бы пудовая гиря и еще пятитомник мифов и легенд Древней Греции в придачу, завернутую в фольгу печеную морковку и принялась деликатно ее кушать. И даже ни разу не загляделась на горы лакомств перед Тоней!

«Ув-важаю!» — поперхнулся вареником мой внутренний голос.

Я несколько раз пробовала питаться «полезными» продуктами, но продержаться на печеной морковке целый день смогла лишь однажды, когда начало строгой диеты удачно совпало с желудочным расстройством. В дальнейшем повторить этот подвиг мне не удавалось. Строгость диеты неизменно оказывалась обратно пропорциональна крепости желудка.

— Как ты можешь есть эту гадость! — вслух выразила наши общие чувства бестактная Тоня.

— Это только сегодня, — добродушно ответила древнегреческая героиня. — Завтра у меня будет белковый день. С утра съем говяжий стейк!

Она мечтательно зажмурилась. Я решила, что тему еды пора закрывать, и напомнила о цели нашей встречи:

— Так что насчет Пущина?

— Сусик, расскажи! — Тоня энергично распиливала блинчик, истекающий красным соком.

— А что рассказывать? — Сусанна пожала могучими плечами. — Ничего особенного, парень как парень. Задохлик.

Мы с Тоней переглянулись. Нетрудно было догадаться, что эта родственница Геракла способна назвать задохликом самого Шварценеггера.