Книга Марш-бросок к алтарю, страница 123 – Елена Логунова

Та же, да не та: оператор был уже другой! В воскресенье, по просьбе Лары и при моем содействии, Даня Гусочкин заменил Лешу Пряникова, который был убит в парке у ресторана в ночь с субботы на воскресенье.

«Так, может, это предприимчивый дружок нашего Эндрю оставил свою флешку с записью в шарике, под охраной ВВП?» — задался вопросом мой внутренний голос.

Это было вполне вероятно, тем более что оператор запечатлел не какой-нибудь невинный детский утренник, а серьезное мошенничество в казино!

«Так не связана ли гибель Пряникова с его ночной съемкой в "Пирамиде"?!» — выдал новый шаг мой внутренний голос.

«Тогда убийцу оператора надо искать среди тех, кто был в казино! — сообразила я. — А кто там был из лиц, нам знакомых? Ратиборский-старший в накладных сединах, Гольцов в натуральной рыжине, Ратиборский-младший... О! Так ведь младой Никита Геннадьевич не пожалел пяти сотен долларов за «кассету от Пряникова»! С чего бы это? Может, это он и был тем мошенником, который неправедно получил флеш-стрит? А потом заметил, что его снимают, и захотел перехватить компрометирующую запись?»

«Вполне может быть», — согласился мой внутренний голос — но как-то неуверенно, без энтузиазма.

Кажется, он так же, как и Эндрю, склонен был считать младшего Ратиборского гламурным слюнтяем, не способным на решительные действия.

— И как зовут твоего соперника? — капитан Барабанов безжалостно утопил в горячем чае кружок лимона и еще потыкал в него ложечкой, выжимая сок.

— Лейтенант Лосев, Аркадий Валентинович, — ответил ему капитан Кулебякин.

Зрительная память у него была замечательная, ФИО подозрительного лейтенанта он запомнил с одного взгляда.

— Ну, знаю такого! — Кивнул Барабанов. — Он из ОБЭПа. Нормальный мужик.

— Успокоил, называется! — фыркнул Кулебякин.

Сам будучи нормальным мужиком, он прекрасно знал, что на эту категорию граждан красивая блондинка с отличной фигурой действует как магнит на гвозди.

— Гвозди бы делать из этих людей, крепче бы не было в мире гвоздей! — пробормотал ревнивец и от полноты негативных чувств погнул чайную ложечку, сделанную из менее прочного материала. — Слушай! А давно ли наш доблестный ОБЭП практикует съемки скрытой на брюхе камерой?

— Не знаю, — Руслан пожал плечами и оглянулся на барную стойку. — Где же наша пицца? Сколько еще ждать, я ж на службе... А насчет съемок — это верно, есть у Лосева уклон в кинематографию. На днях он нам такую запись на просмотр приволок — не поверишь! Публичные пляски Тимы Гопака!

— Неужто того самого Гопака? — капитан Кулебякин, наслышанный о производственных трудностях лучшего друга, наконец отвлекся от личных проблем. — Где же это он гастролировал, будучи в розыске?

— Опять же, не поверишь! В самом центре города, в популярном кабаке «Старая крепость», белым днем, при большом скоплении народа, на свадьбе!

— Каким конкретно днем?

Капитан Кулебякин потребовал уточнения совершенно машинально, по неистребимой милицейской привычке. Но капитана Барабанова этот простой вопрос неожиданно привел в сильное возбуждение.

— Черт, какая мысль! — воскликнул он, резко откинувшись в пластмассовом кресле, которое отозвалось на физкультурное упражнение протестующим скрипом. — А что, если... Да, это нужно проверить!

— Ты куда? А пицца?! — крикнул вслед убегающему товарищу удивленный Денис.