Книга Марш-бросок к алтарю, страница 121 – Елена Логунова

Тихо открыв и так же тихо прикрыв за собой наружную дверь, он опасливо поглядел на вход в кабинет шефа и шепотом спросил:

— Бронич у себя?

Я кивнула.

— Не повезло! — вздохнул Эндрю и на цыпочках, чтобы не скрипнула ни одна половица, прокрался в свою каморку.

Там он первым делом напился из кулера холодной воды, вторым — включил кофеварку, а третьим — со вздохом взял ручку, придвинул к себе чистый лист бумаги и низко, как дирижабль на привязи, завис над ним опухшим лицом.

— Уж полдень близится, а вдохновенья нет? — с пониманием спросила я, перефразировав Пушкина. — Что пишем? Не иначе объяснительную о прогуле?

— Ох... Как ты думаешь, где я все это время был и чем занимался? — вместо ответа спросил меня коллега.

— Мне угадать с трех попыток?

Я подошла поближе, рассмотрела Эндрю повнимательнее и уверенно заключила:

— Ты беспробудно пьянствовал в компании суровых парней и легкомысленных девиц вдали от дома, в условиях дикой природы!

— Как ты догадалась? — Андреас обессиленно откинулся на спинку стула.

— Применила дедуктивный метод Шерлока Холмса! — я выключила кофеварку и поставила на нетронутый белый лист перед Андрюхой дымящуюся чашку. — Пей! Во-первых, ты в той же самой одежде, что и три дня назад. Значит, дома не был. Во-вторых, от тебя несет крепким табаком, а ты не куришь. Значит, козьи ножки смолил кто-то рядом. В-третьих, на щеке у тебя следы губной помады как минимум трех оттенков красного. Значит, в непосредственной близости были веселые барышни. А вот воды для умывания и бритвы под рукой не имелось. Кроме того, ты весь в комариных укусах. Значит, предавался разврату вдали от цивилизации, на лоне природы.

— А откуда ты знаешь, что я пьянствовал, да еще беспробудно?

— В зеркало посмотрись! — посоветовала я. — У тебя на лице написано: «Пиво без водки — деньги на ветер!»

— Да, деньги ушли! — с сожалением молвил Эндрю и аккуратно положил голову на коврик для мышки. — Все пятьсот баксов!

Он тяжело вздохнул, зажмурился и с полминуты трагически сопел. Потом приоткрыл один глаз, посмотрел на меня и спросил:

— Меня тут никто не искал?

— Ну как же! Бронич искал!

— А еще?

— Вчера Сашка Баринов тебя спрашивал, — припомнила я. — И Лариска Котова с клиенткой, они какую-то свою кассету у тебя найти не смогли... Да! Еще пару дней назад приходили два парня, блондин и брюнет, искали «высокого и стройного молодого человека в оранжевой бандане и зеленом пионерском галстуке»!

— Эти двое только один раз приходили? — уточнил Эндрю, непослушными пальцами развязывая тугой узел своего грязно-зеленого шейного платка.

И его, и помятую оранжевую бандану он скатал в тугой комок и метким баскетбольным броском запустил в мусорную урну. А я, глядя на это, подумала, что начавшийся сеанс разоблачения надо бы продолжить, и вкрадчиво спросила:

— Андрюша, а что за дела у тебя с младшим Ратиборским?

— С кем? — Эндрю потянулся за чашкой.

Я поняла, что произнесенная фамилия ему ничего не говорит и зашла с другой стороны:

— С тем блондином, у которого один глаз карий, а другой голубой! Его зовут Никита Ратиборский, и он сын депутата ЗСК, которого недавно убили.

— И его тоже?! — Эндрю поперхнулся кофе.

— А кого еще?

Я вперила в Сушкина воистину инквизиторский взгляд.

— Лешку Пряникова, дружка моего! Царство ему небесное! — Андрюха отсалютовал чашкой потолочному перекрытию и залпом допил свой кофе.