Книга Дом у кладбища, страница 92 – Марико Коикэ

Вспыхнуло газовое пламя, яркое и ослепительно синее. Взгляд Мисао упал на банку картофельных чипсов, и она подумала было выложить их в корзинку, но потом решила, что ни она, ни Эйко вряд ли к ним притронутся. Вместо этого – несмотря на то, что она редко курила, – она взяла пару сигарет из пачки Теппея, которая лежала тут же. К этому времени кофе снова забурлил, и Мисао отнесла графин и сигареты на обеденный стол. Эйко молча взяла одну из предложенных сигарет, и обе женщины закурили.

«Я начинаю думать, что покупка квартиры здесь, возможно, была огромной ошибкой, – сказала Эйко, выпуская длинную струю дыма. – Возможно, было бы лучше просто арендовать одну из квартир. Таким образом, мы смогли бы съехать, как и все другие арендаторы, которые уже уехали».

«Ты хочешь сказать, что хочешь съехать?»

«Я не знаю. Я не уверена… – Эйко устало рассмеялась. – Я просто не умею справляться с такого рода вещами».

Мисао не нужно было просить разъяснений, что Эйко имела в виду под «такого рода вещами». Она слишком хорошо знала.

В этот момент дверь в детскую со скрипом отворилась, и Тамао позвала: «Мама?»

Дождь усилился. Мисао встала и закрыла раздвижную дверь, ведущую на балкон. Она быстро взглянула на кладбище и почувствовала необъяснимую волну отвращения при виде того, как дождливый туман быстро окутывал могилы, скрывая их из виду. Когда Мисао отвернулась от окна, по коридору промчалась Тамао с все еще опухшим после сна лицом и бросилась в ожидающие объятия матери.

Однажды ранним вечером Теппей и Тамао возвращались с пробежки с Куки, когда столкнулись с Суэо Табатой, которая в вестибюле здания полировала металлические двери лифта. Ближайший вход в квартиру смотрителей был открыт, и сквозь кружевную занавеску на двери было видно, как жена Суэо, Мицуэ, расхаживает взад-вперед по кухне.

«О, ты был на прогулке?» – дружелюбно спросил Суэо.

Теппей улыбнулся и сказал:

«Ты же знаешь, как это бывает – когда у тебя есть собака, ты никогда не можешь взять выходной от тренировок».

Говоря это, он наклонился и грубо потрепал Куки по голове. Куки посмотрела на своего хозяина с тем нетерпеливым, оживленным видом, который у нее всегда был после прогулки.

Мицуэ Табата сунула ноги в босоножки и вышла в вестибюль. Так быстро и решительно, что Теппею сразу стало ясно, что она появилась с определенной целью.

«Разве это не чудесное воскресенье? – начала Мицуэ, вытирая влажные руки о синий фартук, который уже был покрыт множеством жирных пятен. – Тамао, дорогая, ты куда-нибудь ходила со своим папой в такую хорошую погоду?»

«Да, мы пошли ваааай вон туда», – ответила Тамао, по-детски растягивая гласные, указывая на входную дверь. После долгой прогулки ее мучила жажда, и она просто хотела как можно скорее вернуться домой и выпить немного кальписа – свой любимый напиток, – поэтому ее ответ был более небрежным, чем обычно.

Мицуэ улыбнулась Тамао сверху вниз так, что, казалось, ее лицо с крупными чертами провалилось внутрь себя. Затем она обратила внимание на мужа и Теппея, переводя взгляд с одного на другого в явной попытке оценить выражения их лиц. Когда Теппей нажал кнопку вызова, Мицуэ наконец заговорила.

«Гм… э-э…» – неуверенно пробормотала она.

«Да?» – Теппей повернулся и посмотрел на нее.