Книга Дом у кладбища, страница 184 – Марико Коикэ

«Возможно, это просто мое воображение, – сказал Теппей, вернувшись с последними коробками, – но дыра в стене сейчас кажется немного больше».

Ему и Мисао казалось, что они (кем бы они ни были) ждали, когда трое выживших вернутся в подвал и шагнут через этот портал в зловещую черноту за ним.

Теппей сообщил, что весь подвал был наполнен невыразимо гнилостным зловонием, и отвратительный запах в некоторой степени пропитал даже принесенные коробки. Мисао думала, что запаха было достаточно, чтобы испортить самый сильный аппетит, но сейчас протеиновые батончики были их главным спасательным кругом. Эти неаппетитные закуски также стали источником одной-единственной шутки, которой Мисао и Теппей поделились за эти дни.

«Эй, – говорили они с наигранной жизнерадостностью, – мы должны благодарить нашу счастливую звезду, что вместо этого не нашли тайник с батончиками для похудения с нулевой калорийностью!»

Тройной удар – удушающей жары, лишений и тревоги – подорвал физическую энергию Тамао, но она все еще была в удивительно хорошем настроении. Время от времени на ее лице даже появлялась улыбка, и Мисао с Теппеем неизменно улыбались ей в ответ. Иногда по ночам, после того как Тамао отправлялась спать, Теппей рассказывал Мисао истории о своем детстве. Казалось, он никогда не уставал повторять одни и те же анекдоты, и в эти дни все его воспоминания вращались вокруг его исчезнувшего брата.

«Я думаю, у моего брата был какой-то комплекс по отношению ко мне, – снова и снова повторял Теппей. – Вот почему он всегда предпочитал прожить свою жизнь так, чтобы она была полярной противоположностью тому, как я прожил свою: устроиться на работу сразу после колледжа в солидной компании; стать солидным сотрудником; составить солидную пару с такой избалованной, увлеченной собой девушкой, как Наоми. И теперь я понимаю, почему он никогда не давал мне забыть о том, как все закончилось с моей первой женой. Я думаю, это потому, что это было единственное оружие, которое он мог использовать против меня».

Три часа пополудни. Часы на батарейках на стене продолжали тикать без перерыва, хотя Мисао и Теппей потеряли счет тому, какой был день недели. Они, вероятно, могли бы вычислить дату, но это просто казалось слишком большой проблемой.

Куки лежала, растянувшись, в коридоре, высунув длинный розовый язык и тяжело дыша. Тамао свернулась калачиком неподалеку, рядом со швом, отделявшим гостиную от коридора, и начала клевать носом. Несколькими минутами ранее она была почти гиперактивной, громко крича о том, что хочет выпить сока – со льдом! — но Теппею и Мисао было ясно, что их маленькая дочь выдыхается.

Матрасы оставались расстеленными на полу в гостиной, где время от времени через входную дверь дул слабый ветерок, и никто больше даже не отваживался заходить в душные спальни. Мисао плюхнулась на один из матрасов, который был липким от впитавшегося пота, протянула руку и включила радио.

Знакомый баритон из шоу-бизнеса полился из динамиков, звуча абсурдно оптимистично и энергично:

«Итак, ребята, пришло время для нашего неизменно популярного розыгрыша призов в десять тысяч иен. Кто сегодня станет главным победителем? Если ваш номер телефона заканчивается на 96, пожалуйста, немедленно позвоните на станцию. Народ, мы говорим о десяти тысячах иен. Десять тысяч иен! Подумайте о возможностях! В эти выходные вы могли бы сходить всей семьей в бассейн, чтобы освежиться. ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ иен! Дамы, что бы вы ни говорили, в это время года невероятно жарко, и если вы как можно быстрее не спуститесь к бассейну, то можете просто высохнуть и умереть. Подождите, что это я слышу? Телефоны уже начали трезвонить без умолку? Давайте проверим это. Это вызов на десять тысяч иен! Итак, абонент номер один, вы в эфире!»