Книга Книжный клуб на острове смерти, страница 10 – Виктория Дауд

— Еще одна навязчивая попытка привлечь к себе внимание. Понимаю, как тебе тяжело, Пандора. – Мирабель придвинулась поближе к маме и покачала головой.

— Сторновей… Черт возьми, Урсула, где это вообще? Не здесь ли случались… неприятности? – Похоже, мама уже не могла держать себя в руках и, подавшись вперед, неестественно возвысила голос. К сожалению, вести себя тихо – это не про нее. – Террористы!

Все вокруг замерли, ясно сознавая, насколько резко прозвучало непростительное слово в помещении аэропорта размером с небольшую церковь.

— Нет, мама, ты говоришь про Стормонт в Ирландии. Сейчас на Гебридских островах нет политических беспорядков, так что можешь не волноваться. Согласно путеводителю, Сторновей славится кровяной колбасой и тем, что здесь родилась мать Дональда Трампа. Даже если ты столкнешься тут с обеими одновременно, то ничем не рискуешь.

— Ты уверена? – уточнила тетя Шарлотта, принимая напряженный, серьезный вид, который она называла «лицом Пэксмана»^[4].

— Сомневаюсь. – Мама протянула руку. – Дай-ка мне этот путеводитель.

— Я забыла его взять.

— Что? Путеводитель?

Теперь все дружно уставились на меня.

— Да, путеводитель. Я читала его вчера перед сном, – попыталась оправдаться я. – Наверное, оставила на прикроватной тумбочке.

— То есть ты, как обычно, понятия не имеешь, куда мы едем! – Мирабель с победным видом откинулась на спинку стула.

— Конечно же, имею, Мирабель! А что, никто из вас не догадался захватить еще один?

Все тут же отвернулись. Кроме мамы, которая с разочарованным видом пробормотала:

— Господи…

* * *

Аэропорт мы покинули в состоянии затянувшегося раздражения, весьма характерного для членов моей семьи. Пока садились в маленький древний автобус, никто не проронил ни слова.

Поездка через Льюис и Харрис^[5] в направлении Левербурга напоминала путешествие сквозь время. Когда мы выехали из Сторновея, сбоку замаячила тень материка; высокие пики гор четко вырисовывались на фоне хмурого неба. Водитель, вполне возможно ровесник этих самых гор, сообщил, что по всем приметам надвигается непогода. Очень скоро стало ясно, что жители Харриса замечали приметы везде и во всем, даже в мелочах. Теперь-то понятно, что нам стоило уделить им больше внимания.

Я смотрела в окно на царящее вокруг спокойствие. Автобус с грохотом несся по городку, будто водитель видел перед собой единственный оставшийся путь к спасению. Выкрашенные в приятные неброские цвета маленькие домики, которые выстроились вдоль дороги, отражались в темных водах гавани.

— Похоже на гребаный Баламори^[6], – заявила мама.

— Это где?

Порой на тетю Шарлотту проще не обращать внимания.

Мы миновали целую армаду рыбацких лодок, жавшихся к стенам гавани, словно в ожидании очередного жестокого натиска моря. До сих пор все увиденное нами в аэропорту и пригородах Сторновея наводило на мысли, что эти земли обладают стоическим характером и постоянно готовятся к суровым временам, отчего растерянность на наших лицах выглядела еще более неуместной.

— Клянусь, этот холод колет лицо будто иглами, – пробормотала мама, кутаясь в кашемировый шарф.

— Вполне знакомые тебе ощущения.

— Отстань от нее! – как всегда влезла Мирабель. – Твоя мама не в силах бороться со своей дисморфобией^[7].

— С чем? – искренне озадачилась мама.