Книга Одна идеальная пара, страница 178 – Рут Уэйр

Он снова поставил предназначенный для него кокос на песок рядом с остальными. Потом сунул руки в карманы шорт и извлек оттуда несколько упаковок посыпанных солью крендельков, пачку печенья и три банана.

— Крендельки? – в отчаянии воскликнула Сантана. – Ты серьезно? Они же ужасно соленые. Так наше обезвоживание еще больше усилится.

Конор пожал плечами.

— Это все, что осталось. А рыба сегодня не ловилась. Я проторчал на солнцепеке четыре часа – и все без толку. Но если кто-то хочет попробовать что-нибудь поймать, пожалуйста, в следующий раз присоединяйтесь ко мне.

Он махнул рукой в сторону океана, бирюзовый цвет которого после того, как солнце нырнуло за горизонт, становился все темнее. Вдали я впервые за все время нашего пребывания на острове увидела облака.

Сантана закрыла глаза. Я невольно подумала, что, если бы в ее организме было достаточно жидкости, на ее глазах в этот момент выступили бы слезы.

— А где Зана? – спросила Энджела, и тут до меня дошло: раз Заны не было под навесом, мы не могли проконтролировать какой из двух кокосов с порошком из снотворных таблеток в конце концов достанется ей.

— Она неважно себя чувствует, – ответил Конор. – У нее болит голова – это следствие ее падения, при котором она ударилась лицом.

На его собственном лице при этом было написано: «ну, возразите же мне – и увидите, что из этого выйдет».

Тут я поняла, что Энджела сейчас не удержится и выскажет ему все, что думает о самом Коноре и его обращении с Заной. Этого нельзя было допустить, потому что это в самом деле был бы конец всему.

— Послушай, – торопливо сказала я. – Спасибо тебе за воду, Конор. И за ту рыбу, которую тебе удавалось наловить, когда рыбалка была более успешной. Я понимаю, что это дело нелегкое. И я знаю, что сегодня был неудачный день – для всех нас. Но мы сможем выжить, только если будем держаться вместе. Так что… будем здоровы. – Я взяла в руки кокос, один из тех, которые несла сама. Мне запомнилось, что у него была небольшая характерная царапина на кожуре. – И да здравствует конструктив.

Сантана бросила на меня озадаченный взгляд, но тут же поняла, чего я добиваюсь и почему. Если нам не удастся добиться, чтобы Конор выпил содержимое «своего» кокоса сейчас, мы не могли быть уверены, что на долю Заны в конечном итоге не придутся оба ореха – и Конора, и ее.

— За конструктив, – повторила Сантана, и ее тост прозвучал словно эхо моего. При этом она бросила на Энджелу взгляд, в котором были отчаяние и мольба. Я подумала, что Энджела пошлет нас обеих ко всем чертям и ни за что не станет говорить ничего похожего на ахинею, сказанную мной. У меня не было сомнений, что сейчас она выдаст что-то, наполненное ядовитой и злой иронией.

Но тут в ее сознании внезапно как будто переключился какой-то тумблер, и она кивнула.

— Очень хорошо. За конструктив, – сказала она с напряженным лицом и вытянула вперед руку с кокосовым орехом. – Конор?

Наступила долгая пауза. Затем рот Конора растянулся в широкой улыбке, очень похожей на ту, что была на его лице на фотографии в информационных материалах, которые мы получили в первый день пребывания на борту яхты. От этого у меня похолодело в животе. Когда я впервые увидела то фото, и тогда, когда лично познакомилась с Конором, я подумала, что у него на редкость приятная улыбка. Он показался мне удивительно открытым и дружелюбным человеком. Но теперь вроде бы точно такая же широкая и теплая улыбка никак не отражалась в его холодных как лед глазах, и это производило ужасное, пугающее впечатление.