Книга Одна идеальная пара, страница 105 – Рут Уэйр

Серьезным минусом было то, что отсутствовали лекарства и все необходимое для оказания первой помощи – кроме того, что каждый из нас захватил с собой. Очень плохо было и то, что инфраструктура острова оказалась серьезно повреждена, во всяком случае, настолько серьезно, что никто из нас не мог ее отремонтировать. Неподалеку от берега Конор обнаружил разрушенное помещение с большим количеством разных резервуаров и оборудования – к сожалению, все это было похоже на остатки опреснительной установки. До сих пор не было на острове и электричества. Мы не имели понятия, каким образом оно поступало на остров до шторма. Если это делалось с помощью солнечных панелей, то их нигде не было. Существование же подводного кабеля казалось маловероятным, учитывая, насколько далеко мы находились от ближайшей суши. Тем не менее вблизи места, где находились хижины телевизионного техперсонала, ощущался сильный запах дизельного топлива, а рядом с обломками опреснительной установки можно было видеть радужную пленку на поверхности волн у самого берега. Если рядом с опреснительной установкой размещался вспомогательный генератор, то он явно больше не мог выполнять свою функцию.

Животные и птицы уже начали потрошить вскрытые коробки с едой, поэтому мы, следуя инструкциям Конора, упаковали все, что уцелело, оттащили под навес, туда, где мы уже привыкли питаться, и спрятали.

— Кое-кто из нас заделался королем, так его, – проворчал Байер, когда мы с ним отправились во второй поход по лесу с полными руками упакованных в пластик продуктов – чипсов, печенья и калорийных вкусняшек, рекламируемых как дополнительный источник энергии, – мне в детстве никогда не позволяли есть такие.

Я не стала отвечать на реплику Байера. Мне казалось несправедливым обвинять Конора в присвоении полномочий – кто-то должен был взять на себя ответственность, и все, что он предлагал, было разумно. Нам в самом деле следовало провести инвентаризацию продуктов и не допустить, чтобы их разворовали птицы или сожрали какие-нибудь крысы. Но и осуждать Байера за его раздражение я не могла. Мы все были измотаны. Стояла ужасная, изнуряющая жара. Я чувствовала, как сильно обгорела на солнце спина, защищенная только тоненькой хлопковой тканью. В ложбинку между грудей стекал пот. Я понимала, что Байер, должно быть, испытывает просто убийственные ощущения в руке. Но все же Конор заставлял нас повернуться лицом к реальности, которую никто из нас не хотел признавать. А она была в том, что «Шустрый», скорее всего, на остров уже не вернется.

Первой терпение иссякло у Энджелы. Именно она не смогла сдержать вспышку гнева. Она случилась у нее среди развалин жилищ телевизионных техников, когда Конор потребовал, чтобы мы в третий раз отправились перетаскивать продукты в нашу импровизированную «столовую».

— Зачем мы этим занимаемся! – кричала она. – Яхта должна в конце концов прийти, и тогда я смотаюсь отсюда как можно скорее.

— А если она все-таки не придет? – вежливым тоном поинтересовался Конор.

— Повторяю, яхта должна вернуться, – упрямо продолжала твердить Энджела. – Но я в любом случае никуда не потащу больше ни одной упаковки этой чертовой жратвы. А ты не главный на этом острове, чтобы мне указывать!

— Если хочешь есть, значит, тебе придется ее нести, – сказал Конор. Тон его был вполне нейтральным, голос спокойным, но звучавшая в нем скрытая угроза заставила всех замолчать.