Книга Спящий город Камбоджи, страница 56 – Влада Ольховская

Некоторое время коты просто смотрели на нее, потом одновременно поднялись с места и направились вверх по улице. Это было настолько необычно и где-то даже неправильно, что Рита не могла не последовать за ними. Чем дальше они продвигались, тем больше животных она видела. Разных окрасов, разных пород, разных возрастов — и все идут в одном направлении! Здесь отступал даже ее скептицизм, признававший, что что-то нереальное в этом есть.

Целью животных стал один из домов. Не отель, нет, один из маленьких, ничем не примечательных. Но коты так не считали. Они проходили внутрь, не остановилась и Рита. Животные рассаживались на полу, оставляя для нее лишь узкую дорогу. Словно осознанно вели куда-то! Девушка была совсем не уверена, что ей следует продолжать. Но все равно не развернулась.

Рита поднялась на второй этаж. Там царила такая же разруха, как и везде, оправданная временем. Неожиданным открытием оказалась лишь абсолютно целая деревянная дверь, удержавшаяся в петлях. Но дерево не могло быть прочнее камня, никак! Может, ее строители установили? Правда, это слишком странный ход реконструкции.

Она постучала и замерла. Присутствие рядом котов почему-то успокаивало, хотя смотрели они равнодушными, безжизненными глазами. Несколько минут Рита колебалась, потом решилась открыть дверь.

То, что ожидало ее с другой стороны, не было реконструкцией. Это был совершенно иной мир. Обычная комната в старой квартире, каких в России тысячи. Потрепанная, явно советская мебель — накрытый пледом диван, облезлый стол и стулья. Ковер на стене. Допотопный телевизор с наброшенной на него вязаной салфеткой. На столе — ваза с засохшими, успевшими выцвести цветами. И пахнет в воздухе ими… Пылью, прахом цветов, какой-то сыростью, как бывает в деревенских домах. На фоне всего этого — ощущение необъяснимого отчаяния. Не того, которое заставляет метаться в истерике и искать выход. Другого отчаяния, при котором остается лишь успокоиться и ждать конца.

Рита не могла не заметить, что в комнате очень много фотографий. Они висели в рамках на стенах, иголками были закреплены на настенном ковре, а под стопками альбомов стол даже чуть прогибался. Везде было изображено не больше двух человек, а чаще — по одному. Рассмотреть их толком Рита не могла.

Скрипнула дверь, незаметная со стороны выхода, у которого стояла девушка. В комнату вошла пожилая женщина, сопровождаемая кошками. Она зябко куталась в вязаную шаль, седые волосы были небрежно заколоты на затылке. Риту она не заметила — а может, и вовсе не могла увидеть.

Женщина зажгла на столе свечу, взяла один из альбомов и села с ним на диван. Ее тут же окружили кошки, но она не обращала на них внимания. Видимо, это стало привычкой. Дрожащими руками она одну за другой перелистывала страницы — осторожно, чтобы не повредить и без того ветхие фотографии. В светлых глазах, поначалу казавшихся пустыми, вспыхивали эмоции, которых Рита не понимала. Она вообще не могла взять в толк, почему видит все это — как не могла и оторваться.

Видимо, фотографии имели для женщины большее значение, чем все, что ее окружало. Судя по состоянию альбома, она видела их много раз, и все равно внимательно рассматривала каждую. На светлых глазах закипали слезы. В какой-то момент она оторвалась от просмотра и закинула голову назад, словно пытаясь удержать воду на глазах, но слезы все равно сорвались и потекли по щекам.