Книга Городские легенды, страница 98 – Влада Ольховская

На улице уже царила глубокая ночь, когда за ним пришли. И это они еще задержались! Впереди шагала худенькая фигурка, замотанная, как и все они, в темные тряпки, но он все равно мгновенно узнал ее – по движениям, по осанке, даже не видя еще ее удивительных глаз. Как ее можно не узнать?

Но если он, глядя на нее, чувствовал ту самую любовь, в которой только что так нерешительно признался самому себе, то она наверняка не чувствовала ничего. Да это и не она была! Всего лишь пустая оболочка, похожая на нее… Неизвестно, у кого это проклятье сегодня отняло больше.

Она пнула его тяжелым сапогом и приказала:

— Поднимайся. На выход!

Данил подчинился, потому что все так же не видел смысла возражать. Он двигался первым, она шла за ним, остальные женщины остались в комнате. Похоже, назревало нечто важное – первая казнь! Они хотели убедиться, что остальные пленники не устроят драку, услышав выстрел.

У нее был пистолет. Данил понятия не имел, откуда тут взялось такое оружие – охотничьи ружья в деревне смотрелись гармоничней. Да и какая разница? Ему почему-то не было страшно. Он видел над собой звездное небо, не прикрытое светом фонарей, чувствовал запахи леса и ночную свежесть. Это была его смерть – но красивая смерть.

Она отвела его в сторону, подальше в сад.

— На колени, – приказало нечто, похожее на Римму, ее голосом.

Он опустился на колени, по-прежнему глядя лишь на звездное небо. Данил не обернулся, даже почувствовав, как затылка коснулось холодное дуло пистолета. Значит, вот так, сейчас… Пускай. Все уже не важно.

Ночную тишину грохотом разорвал выстрел, который должен был все завершить для Данила, однако ничего не закончилось. Дело было даже не в боли: такая быстрая смерть, пожалуй, не принесла бы ему боли. Но он был жив – и не ранен! Как?..

Не успев даже опомниться, он ощутил удар в спину такой силы, что не выдержал, повалился на землю, а рядом с ним что-то упало. Присмотревшись внимательней, он разглядел в темноте ключи от машины.

— Авто перед соседним домом, – еле слышно произнесла Римма. – Когда я уйду, выбирайся отсюда, не поднимаясь, заводи мотор, все работает, и подъезжай сюда, я буду ждать тебя. Все нужно сделать быстро, пока они не опомнились. Сейчас ты для них мертв, но они соображают быстрее, чем хотелось бы. Ничего, прорвемся, я проверила дорогу на другой стороне деревни, она гораздо лучше, чем та, по которой мы приехали. Похоже, деревенские только ею и пользовались. Как только мы уедем, этот мрак закончится сам собой, все будет хорошо!

Римма ушла, не дожидаясь его ответа, она и так подозрительно долго задержалась возле «мертвого тела». А Данил только сейчас обнаружил, что она не просто ударила его в спину, она умудрилась при этом надрезать веревки, связывавшие его руки. Ловкая мышка!

Он сделал все так, как она хотела: забрал ключи и чуть ли не ползком перебрался на соседний двор. Найти машину оказалось несложно: кроссовер, все еще вымазанный засохшей грязью, оставили посреди дороги. Данил сделал глубокий вдох, постарался отстраниться от собственной боли и усталости. Римма не подвела его даже тогда, когда он перестал в нее верить, так чем он хуже?

Машина, пережившая за этот день немало испытаний, завелась за секунду.

— Малыш, если ты не подведешь, я тебе памятник поставлю, – пробормотал Данил себе под нос. – Нет, гараж куплю. Золотой, мать его!