Книга Последний день осени, страница 19 – Влада Ольховская

Женя надеялась, что он поймет. Она не была уверена, что готова говорить об этом, упущенная возможность по-прежнему отзывалась в груди ноющей болью. Но, может, если обсудить это, станет легче?

Вот только Валера не был впечатлен.

— Сочи – это та ботва, где с фотками?

— Да, можно и так сказать… Сильно упрощенно.

— Нашла, о чем расстраиваться! – фыркнул он. – Какая разница, где тебе эти букеты собирать… или что ты там делаешь?

— Оформляю площадки для фотосессий.

— Примерно то же самое, но в большем масштабе. Я не говорю, что это не прикольно, – это очень прикольно. Но это не работа. Ты бы лучше подумала о том, чтобы вернуться в универ… Ты же в последний момент все бросила!

— Ты прекрасно знаешь, почему я бросила, – холодно напомнила Женя.

— Да, и я тебя не виню! Но сколько лет уже прошло, все наладилось… Почему бы не вернуться к этому? Почему бы не закончить, не получить диплом? Юрист – вот это профессия!

— Я бы не сказала, что все закончилось. Участие Кости в этом конкурсе требует помощи, мне сейчас весь график вокруг этого шоу приходится строить…

— И вот опять Костя, – закатил глаза Валера. – Тогда источником проблем был Костя, сейчас Костя… Он ведь тебе вообще никто!

— Он мне брат.

— Но ведь не настоящий! Думаю, он понимает это лучше, чем ты. Сейчас он в тебе нуждается, потому и ведет себя смирно. А через два года он станет самостоятельным – как он тогда запоет? Назовет тебя сестрой или не нужно будет? Он будет впечатлен твоими жертвами или скажет, что ты сама хотела это сделать, он тебя не заставлял? И будет прав, кстати.

Нужно было спорить с ним, доказывать, что все на самом деле по-другому, а у Жени просто не было сил. Она слишком устала за последние дни – и она не была уверена, что Валера не прав. С Костей ведь не поймешь… Вроде как он осознает, что она делает ему одолжение. Но порой в его голосе звенят повелительные нотки, и сложно определить, эгоизм это или типичная подростковая дурость.

Валера же, вдохновленный ее молчанием, продолжал вещать:

— Я понимаю, что ты занята, – но ты всегда занята, а время проходит! Через два года тебе будет уже двадцать восемь, поздновато начинать что-то. Да и снова тебе станет не до того, потому что Костя наверняка затеет борьбу за наследство вашей матери. Сама подумай: тебе разве не удобней было бы вступать в эту борьбу квалифицированным юристом?

— Нет еще никакой борьбы…

— Когда начнется, готовиться к ней станет поздно!

— Я в любом случае не займусь этим прямо сейчас, правда? Возможно, ты прав во всем, торжественно обещаю подумать об этом.

— Ты просто сворачиваешь тему, – укоризненно заметил Валера. – А сложные решения лучше не откладывать, проще они от этого не станут!

— Я понимаю, просто… Мне нужно больше времени. Сейчас действительно много навалилось.

— То, что ты работаешь шофером для своего младшего брата?

— Это как раз несложно. Там другое вылазит… Сегодня я встречаюсь с Емельяном Серебряковым.

— Кого-то в этой жизни еще называют Емельяном?

— Возможно, он сам так назвался, в шоу-бизнесе любят выпендриваться, – усмехнулась Женя. – И это довольно мутный тип.

Когда у Кости получилось пройти отбор, она сразу готовилась к тому, что просто не будет. Это уже было не мероприятие уровня школы, в котором борьба идет за цветастый диплом без рамочки. Костя вышел на национальный уровень, его голос слышали во всех уголках страны. Женя прекрасно понимала, что рано или поздно это привлечет к нему внимание. Она надеялась на поздно. Получилось рано.