Книга И гаснет свет, страница 16 – Влада Ольховская

— Существует трансплантация органов, которая проводится достаточно часто, – пояснил Джона. – В этом, увы, есть печальная потребность. Регулярное повторение процедуры позволяет получить и опыт, и более-менее стабильный протокол проведения операции. Примеров хватает – пересадка почки, печени, даже сердца… Ну, вы понимаете. Бывают более сложные варианты, вроде пересадки сердца и легких одновременно. Тогда требуется творческий подход, но мы все равно говорим о более-менее понятных процедурах. Однако иногда выпадают случаи, которые объединяют творческий и комплексный подход, они уникальны – и требуют большего изучения.

— Пересадка лица, например? – тихо спросила Ольга, не глядя на своего собеседника.

— Значит, историю клиники вы все-таки изучили?

— Поверхностно.

— Эта история не так длинна, чтобы стать сложной. Да, начиналось все с пересадок лица. Это сложнейшая операция, предполагающая одновременную работу с костями, мышцами, нервами… Думаю, вы и сами догадываетесь, что простым такое не будет. Потребность в пересадке лица возникает достаточно редко. Но между тем она часто связана для человека с полноценной жизнью.

Ему хотелось пуститься в подробности. Джона умел увлекаться работой и не стеснялся этого. Он мог бы рассказать своей спутнице, что первые попытки пересадить лицо одного человека другому были предприняты не так уж давно – и далеко не все они получились удачными. Хирурги шли путем проб и ошибок, вырывая бесценные знания по крупицам. В большинстве своем такие операции проводились в разных больницах – да что там, разных штатах и разных странах! Из-за этого немногочисленные знания очень сложно было хоть как-то систематизировать.

Поэтому появление такого заведения, как клиника Святой Розы, стало необходимостью – и уже принесло много пользы. Но рассказывать обо всех проведенных здесь уникальных операциях Джона не стал, потому что понимал: Ольга не разберется, потеряет нить разговора, как бы умна она ни была. Поэтому он предпочел ограничиться общими фактами.

— Сюда привозили людей из разных стран, а также тех, кто по какой-то причине не смог получить помощь в других больницах. Лечение было бесплатным, что немаловажно, однако пациенты отказывались от любых претензий, и это развязывало врачам руки.

— Звучит жутко, – заметила Ольга.

— Согласен, прозвучало страшно… Но мы ведь говорим не о каком-нибудь нацистском концлагере! Здесь собраны нормальные люди. Перед каждой операцией хирурги обсуждали с пациентом возможные исходы. Если пациент отказывался рискнуть, никто не настаивал. Но, поверьте, сюда приезжали те, кому смерть уже была не так страшна… Вы побеседуете с нашими пациентами позже. Пока я могу лишь сказать, что смертей за всю историю существования клиники здесь не было. Были отказы. Были неудачные операции – но меньшинство из проведенных. Клиника хранит полученные знания, сюда приезжают на стажировку и обучение лучшие хирурги.

Пациенты не просто получали в клинике бесплатную помощь, о которой прежде не могли и мечтать. Они оставались под наблюдением даже после выписки, раз в несколько лет приезжали сюда для обследования и возможной корректировки лечения.

Первый успех позволил клинике развиваться. Уже через несколько лет начали проводиться первые эксперименты по пересадке рук – полностью или частично. Джона упомянул только удачные, про остальное ей лучше пока не знать. От переводчика все равно ничего не зависит, и будет куда больше толку, если Ольга при пациентах останется спокойной и уверенной в успехе.